Конвенциальный тупик
Более трех недель с начала войны на Ближнем Востоке.
Траектория развития конфликта показывает, что конвенциальные военные средства оказываются неэффективными или ограничено эффективными против Ирана
в рамках строго ограниченного тайминга в условиях нарастания катастрофических убытков по всей цепочке экономических агентов от перекрытия Ормузского пролива.
Что имеет ключевое значение в оценке траектории конфликта?
Исходящий трафик торговых судов из Ормузского пролива (в первую очередь нефть, нефтепродукты и СПГ, но также и промышленные продукты). Нет никакого прогресса с 1 марта, лишь эпизодические / дискретные и крайне неравномерные пропуски танкеров в основном в интересах Китая и Индии, трафик сокращен в среднем в 15-20 раз от нормы, т.е. не более 1-1.5 млн барр/д.
Если по версии Трампа, Иран давно побежден, авиация, флот, ракетный потенциал и ВПК уничтожены, тогда какого черта закрыт Ормузский пролив?
Количество запущенных Ираном ракет и дронов. Не считая 28 февраля и 1 марта, с 2 по 8 марта Иран запускал в среднем за один день 162 дрона и 21 ракету по ОАЭ, Саудовской Аравии, Кувейту и Бахрейну, с 9 по 20 марта в среднем 17 ракет и 80 дронов, а последние 5 дней – 15 ракет и 85 дронов по собственным расчетам на основе военных сводок.
Всего по четырем странам с 28 февраля по 20 марта выпущено 855 ракет и 2760 дронов.
Это означает, что тенденция запусков из Ирана стабилизируется в диапазоне 15-18 ракет и 80-90 дронов ежедневно по четырем странам, которые публикуют ежедневные сводки.
По Ираку, Катару, Оману данных нет, Израиль публикует волны атак, но без детализации по ракетам и дронам.
Оценочный кумулятивный огненный вал от Ирана может превышать 1500 ракет и 4000 дронов.
Процент попадания иранских ракет и дронов. Эта категория вопроса не поддается верификации и оценки в отсутствии данных объективного контроля, которые располагают ограниченное число лиц в военном ведомстве, однако, через оценку ущерба, - процент попаданий вырос, т.е. эффективность ПРО и ПВО союзников снижается, что есть следствие истощения запасов ракет и/или повреждение радаров, и/или повреждение или уничтожение батарей ПВО.
Количество запусков ракет сократилось в 16 раз с первых двух дней и остается стабильным.
Количество запусков дронов сократилось в две волны – в два раза с 2 по 8 марта и в 4 раза с 9 по 20 марта относительно первых двух дней войны.
При этом количество пораженных целей (особенно крупных и чувствительных, как завод СПГ в Катаре) выросло в разы относительно количество запусков, что говорит о деградации ПРО/ПВО США и союзников.
Из этого получается, что несмотря на полное господство в небе над Ираном со стороны США и Израиля, полностью отсутствует прогресс по стабилизации военной ситуации в пользу Альянса.
Да, справедливо зафиксировать, что Иран слишком крупная страна с уникальной спецификой размещения стратегических объектов под землей и 3 недели слишком малый срок для подавления военной машины Ирана.
Опыт предыдущих военных конфликтов показывает, что требуется кратно более высокое давление, чтобы изменить ход войны, а это время – до полугода подобной интенсивности.
С военной точки зрения, для США это провал по состоянию на 22 марта: нет господства в Персидском заливе, от которого напрямую зависит тайминг конфликта и величина экономических издержек и нет возможности защиты союзников в регионе (процент попадания увеличивается, как и масштаб разрушения).
Военной, но не дипломатической победой для США является установление полного военного господства в акватории региона с расширением исходящего трафика хотя бы до 75-80% от базы февраля 2026 и полная (за редкими исключениями) изоляция региона от огненного вала (ракетных и дроновых атак) Ирана. Это можно сделать через подавление пусковых установок и ракетного потенциала Ирана и усилением систем ПРО/ПВО.
Ничего из этого не было сделано, скорее фиксируется ухудшение ситуации для США и союзников.
Самая сильная армия (по версии Трампа) пока демонстрирует какую-то херню в Иране, но посмотрим, что будет дальше.
