Переговоры с Ираном и опасения немецких военных
Foreign Policy (США). «Если Вашингтон ведет переговоры с Тегераном, неизбежно возникают взаимные уступки, причем с обеих сторон, и происходит некоторое ослабление враждебности. Но, прежде всего, взаимодействие с США придает Исламской Республике определенную степень легитимности: она рассматривается как серьезный партнер по переговорам и фактически представляет Иран на мировой арене. Но это признание тревожит часть американской элиты, которая считает, что Исламская Республика нелегитимна, что она не должна существовать в принципе и что единственная верная политика Вашингтона — курс на ее свержение. Однако, есть цели, которые Вашингтон перед собой поставил и хотел бы достичь, — и это возможно лишь посредством сотрудничества с Ираном».
Die Zeit (Германия). «Борис Писториус обеспокоен. Но не из-за американского заявления о возможном выводе из Германии 5 тысяч военнослужащих или даже большего числа: это, по словам министра обороны, было "предсказуемо". Совсем иначе политик от СДПГ высказался о подразделении, которое США не собираются выводить, потому что не намерены размещать в Германии вовсе: батальоне, вооруженном крылатыми ракетами Tomahawk. Отказ Дональда Трампа от размещения этих вооружений в Германии Писториус назвал "очень досадным и пагубным для нас". В отличие от ситуации с выводом войск, "пробел в сдерживании" из-за этого решения, по его словам, однозначно увеличивается. Переброска Tomahawk, ракет с дальностью поражения более 1 600 километров, была анонсирована летом 2024 года. Бывший федеральный канцлер Олаф Шольц договорился с предшественником Трампа Джо Байденом о первом размещении американских ракет средней дальности в Германии со времен холодной войны».
The American Prospect (США). «Для Украины удержание 1200-километровой линии фронта — бесконечная борьба за людей. В стране больше 10 миллионов мужчин призывного возраста, но едва хватает сил держать в поле полумиллионную армию. Серьезного резерва нет. Нет и возможности дать солдатам ясность и надежду на фиксированный срок службы. Украинские солдаты служат до смерти, до тяжелого ранения или до конца боевых действий. Многие вымотаны до предела — годы в зоне боев без отдыха берут свое. К кризису с живой силой приложили руку и политики. Украина до сих пор не призывает мужчин младше 25 лет — боится послевоенной демографической ямы. Многие другие получают отсрочки благодаря критически важной гражданской работе, по семейным обстоятельствам или здоровью».
