ВЕЧЕРНИЙ ЗВОН:
герои уходящей недели
5 июня 1934 года в Кремле чествовали героев-челюскинцев и летчиков, эвакуировавших полярников с дрейфующей льдины. Среди пилотов – Анатолий Ляпидевский, удостоенный звания Героя Советского Союза №1. И за год до этого уволенный из армии за «непролетарское» поповское происхождение.
Тяжелый АНТ-4 Управления гражданского воздушного флота (второй летчик Конкин, штурман Петров, бортмеханик Руковской), оказался ближе всех к месту ледового лагеря. Но обнаружить его, вспоминал Ляпидевский, удалось лишь с тридцатой попытки:
«Вылетали, брали курс, и каждый раз возвращались - стихия свирепствовала, мороз доходил до минус 40 градусов, а летали мы тогда без стеклянных колпаков над кабиной и даже без защитных очков, просто лицо оленьей шкурой обматывали и оставляли маленькие щелочки для глаз. Но от холода ничего не спасало. В конце концов на 30-й полет я обнаружил этот лагерь».
Ляпидевский вывез со льдины десять женщин и двух девочек. В следующем рейсе попал в пургу, пошел на вынужденную посадку, подломилось шасси…
В Георгиевском зале к нему подошел Сталин с бутылкой грузинского вина:
«Вручив мне свой бокал, он сказал: "Что же вы, летчики, пьете по такому торжественному случаю "Нарзан"? Надо пить вино", а потом обратился ко мне вполголоса: "Запомни, Анатолий, я знаю, что твой отец был поп, и я сам почти поп, недоучившийся, так что можешь ко мне всегда обращаться по любому поводу".
Оба знали, о каком поводе речь.
И уже через несколько дней на рапорте пилота о зачислении в армию появилась знаменитая резолюция наркома Ворошилова:
«Проверить знания тов. Ляпидевского: если подготовлен - принять, если не подготовлен - подготовить и принять».
В 1961 году, когда Анатолий Васильевич работал в сверхсекретном КБ-25, при испытании водородной бомбы над Новой Землей он хватанул громадную дозу радиации. Но, больной лейкемией, ушел из жизни только в 1983 году, последним из пилотов-челюскинцев.
Его жизнь как подтверждение: в смертельном бою атеистов не бывает.
