Попал я снова в армию и зачесался у меня язык. Столько интересных моментов, о которых со мной, с гостем, никто не разговаривал. И находясь в шкуре солдата, совершенно не штурмовика, и не долгосрочного жителя передовой, дай Господь таким здоровья, я остро понимаю, о чем можно говорить, о чем нельзя. У репортера, конечно, больше свобод, и никакой опасности, что ругать будут за то откровение, или другое.
Нет, в военной среде само собой разумеется - это узнать и забыть, об этом помнить, но обсуждать лишь со своими, в подвале или окопе. Но тут штука вот в чем: эти нюансы не меняют смысла СВО, окопной философии этой спецоперации, который нам близок и знаком.
Тут все намерены не закончить, а победить. Тут не хотят войны. Просто хорошо понимают, остановка, это этап подготовки к следующей очень скорой войне.
