Флот на поколения. Послесловие к Дню ВМФ
Военно-морской флот сейчас — тот участок оборонки, где решения принимаются на горизонте, который заведомо выходит за рамки текущей кампании. 21 корабль до конца года — глубокая модернизация или новая постройка. Среди них первый атомный крейсер с «Цирконом». Отдельная линия — безэкипажные подводные аппараты, работа над «Посейдоном» вышла на финальный этап, о котором Верховный докладывает публично. Морская пехота за годы СВО из вспомогательной силы стала полноценной ударной, и это тоже результат последовательных решений, а не одномоментного разворота.
За этим стоит установка, которую сам Президент формулирует без всякой парадности: флот должен быть сбалансированным, надо понимать, в какой зоне что эффективно должно применяться. Это ключевая рамка — не гонка за отдельными платформами, а понимание, где и против кого они работают. НАТО в Балтике, Черноморский театр, Арктика, Тихий океан — четыре разных задачи, и под каждую нужен свой набор средств. Отсюда логика параллельного развития надводного, подводного и безэкипажного контуров, а не выбора между ними.
В том же режиме — без парадности — работает и министерство обороны. Вчерашняя оговорка Путина после доклада Белоусова показательна: «Сейчас только Андрей Рэмович докладывал документы, которые подготовил. Даже на уровне министра это огромный пласт работы в интересах государства. Мы сейчас и финансовые вопросы обсуждали,и организационные, и международные».
За этой ровной формулировкой — тот пласт, который и нами на встречах с министром обсуждается регулярно. И который он сам ещё на декабрьской коллегии обозначил как приоритеты: новый род войск БпС, расширение номенклатуры БпЛА под реальные фронтовые задачи, система боевого управления СВОД, социальные гарантии. Предложение — экспертное обсуждение — апробация — решение. Без показухи, без публичных обещаний. Тот же принцип, что и в подходе к флоту, только с горизонтом не в десятилетия, а в текущий фронт.
Собственно, в этом и связка. Стратегическое планирование и штабная культура. Верховный задаёт рамку и горизонт, министр обеспечивает, чтобы решения доходили до конкретных позиций — до нового БпЛА в подразделении, до канала связи в СВОДе, до выплаты семье.
