"Пятерых я убил"
Появилось видео допроса задержанного по Момотово. Худой мужик в бежевой толстовке лежит на асфальте у зелёного забора, руки в наручниках, лицо разбито. Сверху — мультикам, стволы и отборный мат. А он отвечает. Спокойно, почти буднично, как на приёме у участкового.
Не отпирается. Не ноет. Не молит пощады.
«Получается, если пятерых, то я. Я вообще четыре убил. Если попал в пятого…», — говорит он. И раскладывает дом по комнатам: один на входе, двое под кроватью, один в кровати, пятый на лестнице. Почти так тела и лежат на видео осмотра.
Кто он, задержанный объясняет сам. «Не служил. Я зэк, арестант». Статья 111, часть 2 — тяжкий вред здоровью, ножом. Отсидел 7 лет и 5 месяцев.
Допрашивающие бесятся, требуют признать, что раз воевал — значит служил. Он долго не понимает вопроса. «Просто в России понятия русские. Я думал, зэк одно, военный одно». В его картине мира он и с автоматом остался арестантом, который искупает свою вину на фронте. Почему оказался в том доме, не говорит. Может боится оказаться в таком же.
После Момотово ночевал в дворовом туалете у дороги на Харьков, автомат скинул в выгребную яму. Из дома с дроноводами забрал рюкзак: два пауэрбанка, телефон и шнур.
А зачем в Харьков? «Попробовать денег накопить». В метро. Сказать, что потерял документы, приехал из другого города, на работу не берут, помогите. «Чтобы подали монетку. Думал, может, повезёт».
Вот вам и диверсионно-разведывательная группа.
Допрос под стволами — не протокол. Но по его же словам картина складывается простая. Не спецназ на задании. Пехотинец, который, возможно, ушёл со своей позиции, а может и попал в плен, остался глубоко в чужом тылу и брёл к единственному месту, где можно затеряться.
А в итоге со своим корешем принял бой и вышел из него победителем. В историю русского воинства он себя вписал. Строчкой неровной и рваной, как вся его жизнь.
О самом бое читайте здесь.
