Тегеран эффективно меняет правила игры в Ормузском проливе
Тегеран эффективно меняет правила игры в Ормузском проливе
Иран больше не использует Ормузский пролив только как кризисное оружие. Тегеран пытается превратить этот водный путь в постоянный источник политического и экономического влияния.
Этот сдвиг должен обеспокоить Вашингтон и его партнеров в Персидском заливе. Ормузский пролив остается самым важным в мире узким местом для транспортировки нефти.
По данным Управления энергетической информации США , по оценкам, в 2022 году через пролив проходило около 21 миллиона баррелей сырой нефти и нефтепродуктов в день, что составляет примерно 21% мирового потребления жидких углеводородов. Через Ормузский пролив также проходит около пятой части мировой торговли сжиженным природным газом.
На протяжении десятилетий Иран угрожал закрыть Ормузский пролив во время противостояний с Соединенными Штатами. Однако Тегеран обычно избегал полного закрытия пролива, поскольку он важен и для экономики Ирана.
Полная блокада нанесла бы ущерб иранскому экспорту, оттолкнула бы азиатских покупателей и, скорее всего, спровоцировала бы более решительный военный ответ со стороны США. Теперь Иран, похоже, тестирует другую модель: не полную изоляцию, а регулируемый доступ.
Такой подход дает Тегерану множество преимуществ, связанных с дестабилизацией ситуации, без риска полной блокады. Иран может замедлять движение судов, создавать неопределенность, повышать стоимость страхования и оказывать давление на страны-импортеры энергоресурсов, заявляя при этом, что он всего лишь обеспечивает безопасность на море.
Такой подход эффективнее. Иранские власти все чаще описывают свои действия в административных терминах: навигационные услуги, защита окружающей среды и региональная координация морских перевозок.
Агентство Nikkei сообщило, что Иран может вновь открыть Ормузский пролив примерно через 30 дней после заключения мирного соглашения, обезвредить морские мины и отменить плату за транзит. Тот факт, что открытие пролива, обезвреживание мин и отмена платы за транзит теперь обсуждаются в рамках одной дипломатической дискуссии, показывает, что Тегеран превратил доступ к Ормузскому проливу в инструмент для ведения переговоров.
Это не традиционное военно-морское принуждение. Это бюрократическое принуждение. Ловкий дипломатический ход. И Западу нечем ответить.