Hudson Institute: США Пакистан не купят — но могут взять в аренду
Вашингтон десятилетиями неправильно понимал Пакистан, считают Кен Мориясу и Хамза Азхар Салам из Hudson Institute (нежелателен в РФ). "Пакистан нельзя купить — но его можно арендовать", — советуют авторы. Что имеется в виду?
США очень долго пытались превратить Пакистан в устойчивого союзника посредством помощи, санкций, военных бонусов и политического давления, объясняют аналитики. Но Исламабад готов оказывать американцам лишь некоторые услуги: посредничество, разведывательное и военное взаимодействие, дипломатическую поддержку, доступ к коммуникациям — да и те не просто так, а в обмен на кредиты, торговые льготы, политический статус и безопасность режима.
Авторы считают, тем не менее, что такое положение США даже выгоднее китайского. Пекин связан с Исламабадом долгосрочно и структурно: через Китайско-пакистанский экономический коридор, порт Гвадар, военно-техническое сотрудничество и необходимость сдерживать Индию. Вашингтон же может пользоваться пакистанскими возможностями эпизодически — и платить только тогда, когда ему это нужно.
Для Пакистана балансирование между США и КНР, Саудовской Аравией и Ираном — постоянная внешнеполитическая модель, продолжают авторы. Поэтому требование в адрес пакистанцев отказаться от Китая заведомо нереалистично. Разумнее не вытеснять Китай, а не позволить ему монополизировать Пакистан, уверены аналитики.
При этом Вашингтон, по мнению авторов, должен использовать те инструменты, которые Пекину труднее заменить: влияние в МВФ и Всемирном банке, доступ на американский рынок, контакты между военными, обучение офицеров, визиты в Белый дом и международное признание пакистанского руководства.
Безусловно, интерес Вашингтона к Пакистану не вызывает сомнений. Тем более что тема намного шире, чем треугольник США— Пакистан — КНР. К примеру, 30 июля Пакистан предложил Казахстану использовать порты Карачи, Порт-Касим и Гвадар для транзита грузов. Приглашены к сотрудничеству и другие страны Средней Азии. Официально речь идёт о совместных предприятиях, портовых свободных зонах и выходе на рынки Персидского залива, Африки и Юго-Восточной Азии.
Иными словами, нельзя говорить, что Пакистан может сотрудничать с кем-то одним — или с США, или с КНР. По сути, Исламабад продаёт разным участникам различные "версии" одной и той же географии. Китаю — выход из Синьцзяна к Аравийскому морю и альтернативу Малаккскому проливу. Американцам — ограничение китайской монополии в регионе. Монархиям Персидского залива — инфраструктуру, продовольственный рынок, военное сотрудничество и потенциальные энергетические объекты. Ирану — обход санкций через свои порты. России — потенциальный коридор к рынкам Южной Азии. Афганистану — транзит и доступ к морю, но одновременно и рычаг давления. Ну а Средней Азии — альтернативу российским портам.
Hudson Institute правильно определяет Пакистан как "колеблющееся" государство. Но Исламабад сегодня торгует уже не только политическим балансированием между Вашингтоном и Пекином — он пытается превратить себя в универсального транзитёра в масштабах всей Евразии.
