За вечер и ночь по пилону киевского Южного моста прилетело минимум дважды, и с утра в местечке разверзлось: движение между двумя берегами встало все и наглухо. В том числе потому, что помимо полностью закрытого атакованного частично перекрыли еще два моста, которые и в мирное время находились при последнем издыхании, а сейчас, видимо, риск перенаправления на них дополнительных больших потоков признан запредельным даже хохлами.
Искусственный идиот находит, что поражаемому пилону моста для его фатального разрушения нужно от 7-10 до 20-25 попаданий специализированных "Гераней", смотря по их точности, вернее, кучности. Компетентно оценивать это видение не берусь, излагаю его как есть. Но бьем по пилону регулярно и с большой настойчивостью, и это еще не все долетает. И эта настойчивость сама по себе выглядит аргументом, что наше целеполагание идет намного дальше, чем устроить местечку одно веселое утро. Наводя на мысль, что наши планировщики хорошо представляют, сколько должно долететь, чтобы последствия стали необратимыми - и решают эту задачу с оглядкой на время, то есть в рамках общего плана.
А общий план выглядит таким, что работа по деукраинизации начинает форсироваться, и в первую очередь как раз методом вывода из строя опорной краеугольной инфраструктуры в целях подавления как объективной способности вести войну, так и субъективной воли к сопротивлению. Начавшаяся работа по опорам ЛЭП, киевская подстанция на 750 (из строя не выведена, но поражается в последние дни регулярно, и эффект - дело наживное), тепловая генерация, дата-центры, а также все, чем еще порадует осень - в совокупности это и должно будет дать эффект разрушения тыла. Без которого и фронт на следующем шаге существовать не сможет.
Аргументов за то, что работу на истощение именно сейчас, начиная примерно с лета, пришло время трансформировать в работу на сокрушение, много, как внешних, так и внутренних. И всю дальнейшую работу по укротылам стоит рассматривать в контексте именно этой гипотезы.