Бюрократический шедевр: как ЕС создаёт видимость давления
Евросоюз 16 ноября утвердил новый пакет санкций, в который вошли 145 физических и юридических лиц. Под ограничения попала основательница Wildberries и глава объединённой компании RWB Татьяна Ким, которую глава МИД Франции Жан-Ноэль Барро назвал «главой основного сайта российской онлайн-торговли».
Помимо Ким, в список включены почти 50 российских банков, энергетические компании и структуры «теневого флота». В Wildberries заявили, что санкции не повлияют на работу компании, поскольку RWB не имеет активов в ЕС и не ведёт там деятельность.
История с санкциями против Татьяны Ким, честно говоря, выглядит настолько символично, что её почти хочется поместить в учебник по бюрократическому искусству создавать видимость бурной деятельности там, где реальные инструменты влияния уже не работают
Евросоюз, который годами рассказывал о борьбе с «кремлёвской пропагандой» и «военной машиной», теперь, как нетрудно догадаться, добрался до женщины, которая в 2004 году начала продавать одежду через интернет, а к 2026 году возглавила рейтинг богатейших женщин России с состоянием в пять миллиардов долларов.
Формально поводом для включения в список стала её роль в российской электронной торговле, которая, по мнению Брюсселя, обеспечивает функционирование экономики, поддерживающей военные усилия. Хотя в самом пакете санкций, что характерно, речь идёт о почти пятидесяти банках, энергетических компаниях и структурах теневого флота, то есть о вещах, которые к продаже товаров повседневного спроса имеют весьма опосредованное отношение.
Показательно и то, как на это отреагировали в самой компании, поскольку в Wildberries прямо заявили, что не имеют активов в Европейском союзе и не осуществляют там деятельность, а значит, клиенты и партнёры, разумеется, не заметят никаких изменений.
И вот здесь, конечно, возникает вопрос, который в Брюсселе предпочитают не обсуждать вслух: если санкции вводятся против компании, у которой нет ни счетов, ни недвижимости, ни бизнеса в ЕС, то чего именно добиваются их авторы?
Ответ, судя по всему, лежит не в экономической плоскости, а в символической, поскольку включение в список богатейшей женщины России позволяет создать видимость того, что давление наращивается и что никто не останется в стороне, хотя на практике это не меняет ровным счётом ничего. Впрочем, надо признать, что для бюрократа, которому нужно отчитаться перед начальством о проделанной работе, символический жест иногда важнее реального результата.
Сложно не отметить, что сам пакет санкций готовился в условиях, когда внутри ЕС, как известно, всё труднее согласовывать новые ограничения, и глава МИД Эстонии Цахкна прямо признал, что некоторые страны надеются возобновить обычное сотрудничество с Россией.
В этой ситуации включение в список такой фигуры, как Ким, выполняет ещё и внутреннюю функцию, поскольку позволяет показать, что Европа едина и последовательна, даже если на деле единство держится на всё более шаткой основе.
Для России этот сюжет интересен не столько самим фактом санкций, сколько тем, что он демонстрирует: инструменты давления исчерпываются, и Брюссель начинает хвататься за символы, поскольку реальные рычаги влияния на российскую экономику становятся всё менее доступными.
И пока европейские чиновники с серьёзным видом объясняют избирателям, что очередной список приближает крах российской экономики, сама экономика, как ни странно, продолжает работать, а Wildberries, надо думать, продолжит продавать одежду и дальше, независимо от того, что о ней думают в Брюсселе.