Два майора: ПОДЪЁМ!. Находясь на лечении в госпитале, я посмотрел много разных фильмов, так как это было единственным развлечением, скрашивающим время
ПОДЪЁМ!
Находясь на лечении в госпитале, я посмотрел много разных фильмов, так как это было единственным развлечением, скрашивающим время. Один из них "Братство", о войне в Афганистане. Интересно, что я впервые увидел этот фильм только сейчас, в госпитале. В конце фильма произносятся слова, которые я часто повторяю, и они снова прозвучат в этой песне.
Внутри я пуст, а сердце в пепле стынет,
Где призраков лишь вопли в тишине.
Я братьев верных уберечь не смог, и ныне,
Пронзает рана смерти в каждом дне.
Мир выцвел, стерты краски в серый дым,
Под градом пуль, под пляской ярого огня.
Бессмысленность клеймо на сердце молодым,
И прежней радости не отыскать и дня.
Мы все мертвы, хоть телом и пришли домой,
В глазах лишь пепел, в сердце вечный лед.
Душа истерзана, как узел роковой,
Затянутый на горле Забыть ли этот год?
От ужасов войны мне не укрыться,
Лишь тишина как звон в пустой главе.
В ней шепот битв, что не дают забыться,
И каждый миг предчувствие беды в судьбе
Я помню жизнь до как сон пустой и лживый,
Тот человек погиб, развеян словно прах.
Под маской, что тоской навек застыла,
Живёт лишь боль, в измученных глазах.
Мы все мертвы, хоть телом и пришли домой,
В глазах лишь пепел, в сердце вечный лед.
Душа истерзана, как узел роковой,
Затянутый на горле Забыть ли этот год?
Я научился чувства хоронить в себе,
Но буря в сердце воет, не смолкая.
И вечный крик о тех, кто в той борьбе,
Во тьме навек сгорел, не угасая.
Вернулся я, но как теперь мне жить?
Мир прежний стерт, разбиты все надежды.
И в этой пустоте не исцелить
Те шрамы, что застыли там теперь.
Внутри я пуст, а сердце в пепле стынет,
Я сломан, выжжен, превращён в пустырь.
И боль моя как спутник, не покинет,
Лишь шепчет тихо: "В бездне растворись".
Мы все мертвы, хоть телом и пришли домой,
В глазах лишь пепел, в сердце вечный лед.
Душа истерзана, как узел роковой,
Затянутый на горле Забыть ли этот год?
Чужой среди своих, не понят, не услышан,
На языке ином я говорю с судьбой.
Клеймо войны мне сердце обожгло
И память о войне всегда будет со мной.