Марина Ахмедова: Когда Артём Воронин вернулся с СВО, ещё в госпитале ему показалось, будто ампутировали не только его ногу, но и всё, что было справа и слева за спиной
Когда Артём Воронин вернулся с СВО, ещё в госпитале ему показалось, будто ампутировали не только его ногу, но и всё, что было справа и слева за спиной. Когда к нему подошёл психолог, Артём сказал ему: хочет вернуться на фронт, здесь ему пусто, а своей ногой он подставил ребят. Тем, что ногу оторвало? спросил психолог. Да, я так действительно думаю, ответил Артём.
Медиком он стал на СВО в роте искали самого физически подготовленного, кто пройдёт обучение первой работе с ранами. Выбрали Артёма, и он бегал на занятия под дронами из лесочка в лесок. Но он уже был настолько погружён сознанием в войну, что появление дронов над открытым пространством, разделяющим лесочки, воспринимал как полёт обычных птиц. Они реже стреляют по одному, думал он. Надо бежать быстрей.
В первый обстрел после обучения он, сидя в окопе, услышал, как зовут медика. Сразу не сообразил, что его. Работали танки и миномёты. Его затрясло от одной мысли, что из окопа придётся выйти. Он сказал себе: Если сейчас не выйдешь, человек погибнет. Посчитал: Раз, два и на счёт три насильно вытолкнул себя, побежал в другой окоп. Промазал там никого не было. Его сильнее трясло от страха, по пути оглушило, из ушей потекла кровь. Он снова крикнул про себя: Раз, два, три! и нырнул в следующий окоп, увидел, что кричавшего уже завалило, да так, что виден был только один глаз. Артём с силой вытянул раненого из земли, тот из-за боли сопротивлялся. Перебинтовал, сделал укол и поволок. Потом таких вылазок на крик Медик! было много, и каждый раз его трясло всё равно.
К военной суете он привык. Людьми оброс. Каждый боец тот, кто будет тебя прикрывать в бою. На гражданке тесного круга братьев вокруг не было, Артёму стало пусто, о чём он и сказал психологу. Это послевоенный синдром, ответил тот. Ты перестанешь так чувствовать себя. А как же мои пацаны там? спросил Артём. Кто им поможет? Ты не виноват в том, что тебе оторвало ногу, ответил психолог. Как же не виноват? подумал Артём. Он же помнил, какой была его первая мысль во время полёта, когда мина взорвалась.
На гражданке Артём скрывал, что он вернулся с СВО. Поговорить о войне хотелось, но его бы тут не поняли. Зачем людям знать, как там? Я защитник Отечества этим надо гордиться. Но таких, как я, миллионы! говорил себе он, и наконец ему почему-то начало нравиться, что люди здесь, на гражданке, живут светлыми мыслями, и эти светлые мысли ему не хотелось омрачать разговорами о войне. Поэтому, когда он на деньги, полученные за ранение, открыл в родном Питере салон красоты, никому не сказал, что он ветеран СВО. Он точно знал, что вернулся другим, но никто вокруг этого не замечал. Администратор салона Анна даже не знала, что у него протез, думала, что он просто прихрамывает. Анна же никому не говорила, что её жених Илья погиб на СВО.
Это было в первый месяц. Он не объяснил ей, зачем добровольно ушёл на войну. Он не захотел слушать её возражений. Анна провела в горе несколько лет и, когда за ней начал ухаживать владелец салона, испугалась. Артём сказал, что он по гороскопу Телец. Илья тоже был Тельцом. Анна согласилась рассмотреть ухаживания Артёма и только через пять месяцев узнала, что он ветеран. Когда Артём захотел рассказать ей о войне, она разрыдалась, и он убедился: что-то светлое есть тут, на гражданке, чего не надо ломать мыслями о войне. Но он-то знал, что и Илью он бы вытягивал так же, на войне тот был бы ему таким же братом.
Продолжение моей колонки в канале "Специально для RT"