Питер. Пять утра. Второе января

Питер. Пять утра. Второе января.

Город ещё не проснулся, но уже устал. Снег на тротуарах серый, втоптанный, с прожилками грязи будто сама зима здесь давно потеряла иллюзии. Воздух режет лёгкие: мороз злой, честный, без компромиссов. Такой, от которого холод пробирается даже сквозь тёплую одежду и залезает под кожу.

У концертного зала на земле лежит мужчина.

Без обуви.

Ну да. Кто-то явно встретил Новый год с размахом. Судя по ногам лежит давно. Может, со вчерашнего вечера. Может, с той самой минуты, когда праздник закончился, а реальность навалилась всем своим весом.

Мимо идут люди.

Быстро. Ровным потоком.

Глаза вперёд. Мысли не здесь.

Им нет до него дела. Мало ли таких валяется в эти дни.

И вдруг один останавливается.

Не герой. Не спаситель. Просто человек. Подходит ближе, смотрит.

Эй давай вставай. Замёрзнешь.

В ответ бульканье, хрип, что-то нечленораздельное.

Вставай, я тебе говорю. Окочуришься здесь.

Да-да встаю доносится сквозь сон, и тело перекатывается на другой бок.

Как будто это может что-то изменить.

Прохожий раздражённо трясёт его за плечо.

Да чтоб тебя

Толпа всё так же течёт мимо. Равнодушная, плотная, непробиваемая.

Город привык. Город умеет не замечать.

Прохожий хмурится, достаёт телефон. Набирает скорую.

Через десять минут красно-белая машина. Сирен нет. Всё буднично.

Из неё выходит женщина. Невысокая, сухая, с лицом, которое видело слишком многое, чтобы удивляться.

Она опускается рядом с телом, говорит. Не кричит приказывает.

Не знаю, что именно она ему сказала. И была ли там магия или просто опыт. Но через пять минут тот, кто ещё недавно был почти мёртв, стоит на ногах.

Как домой дойти, помнишь? спрашивает она.

Голос у неё громкий, чёткий.

Такой, что сон отступает без боя.

Да да, помню Извините Я пойду

Куда ты без обуви? резко. На, хоть бахилы надень.

Через минуту неудавшийся покойник шаркает пакетами по грязному снегу, уходит в темноту, растворяется в городе.

Спасибо вам говорит прохожий. Я уже и не знал, что с ним делать.

Тебе спасибо, сынок, отвечает она. Знаешь, сколько таких в эти дни? Да и не только в эти.

И что мимо всех проходят?

Она смотрит на город. На поток людей. На серый снег.

Да не всех. Ты вот остановился.

А остальные?

Женщина пожимает плечами.

Ну, сынок всех нам не спасти.

Пауза.

Только если сами за голову возьмутся.

Машина уезжает. Город продолжает жить.

Читай в Max | Читай в Telegram | Смотри на RUTUBE