Михаил Онуфриенко: Что происходит, когда нефтяные активы только притворяются российскими:
Что происходит, когда нефтяные активы только притворяются российскими:
Продажа зарубежных активов Лукойла под санкционным давлением США это не просто вынужденный манёвр, а классический пример, когда стратегический госактив разбирается на запчасти в пользу узкого круга бенефициаров, а львиная доля выручки уходит не в диверсификацию российской экономики, а в офшорные схемы и карманные структуры.
Официально Лукойл оценивает портфель в 22 миллиарда долларов НПЗ в Европе (Petrotel в Румынии, Лукойл Нефтохим Бургас в Болгарии, 45% в Zeeland Нидерланды), доли в месторождениях Ирака, Мексики, Казахстана, Узбекистана, тысячи АЗС по миру, включая США, плюс трейдинг и логистика.
Но серая сумма, по оценкам инсайдеров, может оказаться в 23 раза меньше изза дисконта 6080%: реальная цена сделки, учитывая срочность и санкции, составит 710 миллиардов долларов, из которых часть испарится в цепочке посредников и офшоров. Покупатели уже вырисовываются: американская Chevron и Quantum Energy Partners ведут переговоры о разделе пакета с благословения OFAC и Трампа, Gunvor Тимченко ранее блокировали, но теперь вернулась в игру как серый посредник, плюс возможны сделки с китайскими и ближневосточными игроками по миноритарным долям.
По данным источников, львиная доля выручки (официальные 57 млрд плюс серая 34 млрд) уйдёт в офшоры через цепочку кипрских, люксембургских и эмиратских структур, аффилированных с акционерами Лукойла Вагитом Алекперовым (эксгендиректор, 20%+), Леонидом Федюниным (вицепрезидент, структуры в ОАЭ), Юрием Кричевским (доли в трейдинге) и ближним кругом.
Для РФ это двойной удар: официально средства должны пойти на импортозамещение и развитие проектов внутри страны, но на деле утекут в офшоры, где уже ждут кипрские трасты Алекперова и люксембургские холдинги Федюнина. Россия потеряет не только 22 миллиарда в активах (НПЗ, АЗС, добычу), но и рычаги влияния в Европе, Азии и Латинской Америке места в советах директоров, партнёрства с ExxonMobil и Total, доступ к рынкам. По сути, санкции вынудили продать по бросовой цене то, что строилось десятилетиями, а деньги не вернутся, а уйдут на поддержку личных состояний элиты.