Марат Хайруллин Истинный курс майора Силина или Русский квант действия
В конце 90-х (а может в начале 2000-х) меня занесло полярной ночью в поселок Тикси где-то на краю Якутии. Мы пили с одиноким майором Силиным на кухне разбавленный спирт. За окном дуло и снежило так, что не видно было соседней заброшенной пятиэтажки.
- Это надолго, - говорил майор, - но ничего, самолет все равно когда-нибудь прилетит…
Забегая вперед, скажу, что самолет (старенький Ан-24), который доставил меня сюда, прилетел, как метель стихла. Но я его не стал дожидаться, а поехал по зимнику в Якутск с водителем Олешкой.
Четыре дня колесили мы по поселкам эвенков и якутов. Это было удивительное приключение: мы с Олешкой пили водку (от холода особенно не пьянели) и спорили о вечном прямо за рулем промерзшего ЗИЛка, несущегося в бесконечной снежной пустоте навстречу сияющим звездам.
А в стойбище снова выпивали и говорили, говорили обо всем на свете с каюрами, сидя на нартах. Мудрые олени тянулись к моему лицу мягкими губами и смешно фыркали - пф-ф, пф-ф, словно тоже участвовали в разговоре.
Если хотите, дорогие мои, почувствовать, как велика наша страна, обязательно повторите этот путь - заберитесь в Тикси, в самые снега, и потом по зимнику возвращайтесь назад в цивилизацию с чистой, отмытой снегами до скрипа, душой.
А пока вернемся в забытый Богом и своей страной в 90-е поселок на краю земли.
Когда следующим днем короткий рассвет пробился сквозь полярную ночь, мы с Силиным добрались до торгового порта.
- Вон там лежит, эх, в такой буран не дойдем, - качал головой Силин.
Залив замерз. Впереди в паре километров прятался в метели остров Бруснева. Западная оконечность острова заканчивалась небольшой песчаной косой, на которой было устроено самое северное в мире кладбище кораблей. И где-то там, между ржавеющих северных работяг, покоился самый знаменитый корабль русского севера.
Хотя здесь, наверное, кто-то поспорит - знаменитых было много. Но нашедшая свой последний причал на траверзе порта Тикси парусная яхта «Заря» - самое красивое судно русского императорского флота. Этого опровергнуть не сможет никто. По крайне мере мне и майору Силину.
Он всю жизнь собирал документальный материал, связанный с яхтой «Заря».
- Знаешь, почему яхта? Вообще это был барк. Потому что его приписали к Императорской Санкт – Петербургской яхтенной эскадре, и «Заря» несла флаг Невского яхт – клуба. Особая честь - личный штандарт Великого князя Константина Константиновича - внука императора Николая I и президента Академии наук, - рассказывал Силин, - сам император Николай II пришел благословить яхту «Заря» в первое плавание Русской полярной экспедиции в 1900 году. Поэтому и «Заря» - на заре новой эры отправлялась в путь.
На излете парусного века стали строить барки – парусные суда с изящным корпусом (с идеальными обводами), передние мачты с прямыми парусами. А на задней бизань-мачте косые паруса.
И не было более красивого зрелища тогда, чем барк, выпустивший все паруса и стремительно режущий волну.
На «Заре» работала паровая машина, играющая вспомогательную роль, но это приводило в восторг исследователей севера на рубеже XIX и XX веков. Норвежец Фритьоф Нансен, со слезами на глазах напутствуя «Зарю», писал, что именно отсутствие паровой машины не позволило его «Фраму» пройти Северным морским путем (тогда его называли Северо-Восточный проход).
Выдающийся адмирал Степан Осипович Макаров благословлял Русскую полярную экспедицию и пророчил ей успех благодаря этой маленькой и слабенькой машине.
Все они беззаветно верили в могучую силу пара и бесстрашно шли навстречу вековым льдам, не подозревая, что потомкам понадобится обуздать атом, чтобы окончательно покорить северные моря.
