Китай с 1 января остановил закупки российской электроэнергии. Причина в том, что нашем Дальнем Востоке растёт внутреннее потребление и усиливается нехватка мощности, экспортный ресурс сокращается. В итоге цена поставок из России поднялась так, что стала выше внутренних тарифов КНР. В такой логике Пекин просто сказал: спасибо, не надо — и перестал брать даже минимальные объёмы по действующему до 2037 года контракту.
При этом Росатом сейчас строит 34 новых реактора за границей, причём часто на условиях, которые для нас мягко говоря тяжёлые: в кредит, с отсрочками, «длинными деньгами» и схемами, где риски и финансирование на старте в основном российские, а окупаемость — когдато потом. Мы за свои деньги строим чужие АЭС, возвращать свои деньги будем десятилетиями.
Примеры показательные. В Белоруссии проект финансировался российским кредитом до $10 млрд (до 90% стоимости контрактов). В Бангладеш АЭС «Руппуру» строится с кредитом РФ, выплаты по которому растянуты на десятилетия (около 20 лет погашения в рассрочку и переносы старта выплат). В Венгрии по Paks II Россия финансирует до 10 млрд евро из общей стоимости 12,5 млрд евро — то есть фактически оплачивает львиную долю венгерской генерации за счёт российского займа. Плюс проекты в Турции, в Египте, в Индии и Китае, подписаны соглашения и меморандумы с Казахстаном, Мьянмой, Индонезией, Эфиопией и другими странами.
Смысл этих контрактов понятен: это экспорт влияния, технологий и долгих обязательств, плюс загрузка отрасли. Но есть и обратная сторона: у нас на Дальнем Востоке (и не только) дефицит мощности, растут цены, мы вынуждены ограничивать экспорт изза нехватки электричества у себя, но продолжаем кредитовать «чужую розетку». Может, правильная логика — начать с России? Сначала решить свои проблемы генерации и сетей, а уже потом за свои деньги строить чужие атомные станции?
