Юрий Баранчик: Что из прежнего опыта можно использовать для экономического будущего

Что из прежнего опыта можно использовать для экономического будущего

Парой постов выше начал рассуждать о грустном что даже попытка воссоздать социализм и СССР нас вряд ли спасёт, по причине не той демографии и не того технологического уклада. Но кое-что мы сейчас только про экономику взять можем.

Советский опыт применим сегодня в трёх узлах. Первый узел приоритизация и концентрация. СССР умел выбирать несколько направлений, по которым государство готово платить любую цену, и строить под них вертикаль управления, НИОКР, кадры, производство, контроль качества и испытания. В современных условиях это применимо в узких секторах, где эффект масштаба и серийность важнее разнообразия, а циклы разработки длинные. Это оборонка, атомная энергетика, отдельные направления авиадвигателестроения, космос, крупная энергетическая инфраструктура, материалы. Собственно, ОПК и ошеломительный рост производства оружия даже сейчас, при рыночной экономике и прочих неблагоприятных факторов у нас отлично себя показал. Но в гражданских секторах с быстрым обновлением продукта и высокой ролью пользовательского спроса такая схема быстро рождает технологическое запаздывание, потому что плановый контур плохо ловит мелкие сигналы рынка.

Второй узел кадровая машина. Советский рывок был невозможен без массового воспроизводства инженеров и техников и без института длинной дисциплины в образовании, на производстве и в науке. Сегодня это применимо почти напрямую, но с поправкой: качество важнее количества, а инженерная школа должна быть связана с реальными производственными цепочками и частными разработчиками, иначе получится дипломная промышленность. Нужна плотная сцепка вузов, КБ, заводов, испытательных полигонов, а также нормальная карьерная лестница для инженера, сопоставимая по статусу с управленческой. И осознание того факта, что если у нас в 80-е первыми в мире летали и возвращались обратно космические беспилотники, то сейчас мы во многих направления сторона догоняющая. Причем не в лучшей спортивной форме.

Третий узел проектное управление полного цикла. СССР выигрывал там, где были закрытые контуры: задача, заказчик, конструктор, производитель, испытания, серийный выпуск. Это применимо и сейчас, но только при жёстком разграничении: проектная мобилизация должна быть исключением для ключевых программ, а не универсальной моделью для всей экономики. Если сделать всю экономику проектной, она перестаёт быть живой.

Теперь сравнение с китайской моделью государственного капитализма как современным аналогом. Китайская сила не в том, что государство всё решает, а в том, что государство задаёт рамки и направления, а внутри рамок работает конкуренция множества компаний и регионов. У Китая есть стратегическое планирование и индустриальная политика, но также есть рынок, прибыль, частный капитал, экспортная дисциплина и жёсткая конкуренция между провинциями и корпорациями. Важнейшая часть модели интеграция в глобальные рынки и использование внешнего спроса как экзаменатора качества. Ещё один ключ масштаб внутреннего рынка и способность быстро наращивать серийность, снижая себестоимость. Третье умение строить технологическую автономию не через изоляцию, а через выборочные горлышки и накачку ресурсов в узкие критические компоненты, прежде всего в электронику и оборудование.

Для России прямое копирование китайской модели ограничено: меньший рынок, иная демография, иная география, санкционная среда и слабее частный капитал как носитель долгой инвестиционной дисциплины. Но логика может быть заимствована.

Это означает: государство выбирает несколько критических технологических узлов и финансирует их до результата, но не директивно распределяет выпуск всего остального. Параллельно создаётся максимально конкурентная среда в гражданских секторах, где инновации быстрее всего, внешняя торговля перестраивается так, чтобы рынок был экзаменатором, то есть чтобы экспортные ниши дисциплинировали качество и себестоимость, а не только давали валюту.