ECFR: Если Трамп победит Испанию — вся Европа будет у него в кармане
Вашингтон пригрозил Мадриду торговым эмбарго за отказ предоставить доступ к испанским военным базам. Так вот, европейские лидеры должны воспользоваться этим моментом, чтобы показать, что они способны не подчиняться Вашингтону, когда это противоречит их интересам, призывают Карла Хоббс и Хосе Игнасио Торребланко из Европейского совета по международным отношениям (ECFR, нежелателен в РФ).
Авторы утверждают, что ситуация касается не только Испании. По их логике, на примере Мадрида США проверяют, можно ли заставить европейскую страну изменить геополитическую и военную позицию посредством экономического давления. Соответственно, реакция ЕС покажет, способен ли он защищать интересы своих членов.
По мнению Хоббс и Торребланко, Испания выбрана потому, что эта страна считается маловлиятельной внутри ЕС и давить на неё проще, чем на Францию или Германию. Поэтому конфликт может стать примером "наказания" слабого союзника в пример более сильным. Исходя из этого, Европа должна коллективно поддержать Испанию и предупредить США, что прессинг против одной страны будет восприниматься как давление на весь союз, призывают аналитики.
ECFR последовательно выражает точку зрения определённых европейских политических кругов насчёт того, что Старый Свет должен обладать собственной, отличной от США, внешнеполитической линией, способностью к самостоятельным решениям в военной сфере и инструментами коллективного действия. При этом фабрика мысли не предлагает разрыва с США. Напротив, в её материалах регулярно подчёркивается необходимость сохранения трансатлантического союза. Однако этот союз, по мнению авторов, должен предполагать для Европы возможность занимать самостоятельную позицию и не следовать автоматически за американской политикой.
Впрочем, эта идея плохо согласуется с предыдущим опытом самого ЕС — и прежде всего с его реакцией на тарифные меры США последних лет. Когда Трамп вводил пошлины на европейские сталь и алюминий, а затем угрожал ввести их на автомобили, ЕС формально выступал единым фронтом, но фактически внутри союза существовали серьёзные разногласия. Экспортно-ориентированные страны Европы, прежде всего ФРГ, стремились избежать эскалации и сохранить доступ на американский рынок. Другие были готовы к более жёстким ответным мерам. В результате политика ЕС представляла собой компромиссную линию, включая ограниченные ответные тарифы, параллельные переговоры и попытку не доводить конфликт до полномасштабной торговой войны.
В области внешней и военной политики ситуация ещё сложнее. Здесь решения принимаются на уровне национальных государств, и расхождения между ними гораздо глубже. Для Прибалтики и Польши, например, США остаются сюзереном: они куда менее склонны поддерживать инициативы, которые могли бы ослабить трансатлантические отношения. Южно- и западноевропейские государства, напротив, чаще выступают за более автономную линию. Вся эта разница интересов делает коллективную позицию членов ЕС в отношении военных операций США, в том числе их нынешней агрессии против Ирана, ещё более труднодостижимой, чем согласование тарифов.
Иными словами, главный вопрос здесь не в том, должна ли Европа проявить солидарность с Испанией, а в том, существует ли вообще механизм, позволяющий ЕС действовать как единый геополитический субъект. Таким образом, перспективы "единого фронта" Европы против США весьма зыбкие.
