Михаил Онуфриенко: Вспоминая, как впервые пересекаясь краешками глаз, сначала даже не осознал, кому посвящено Такое
Вспоминая, как впервые пересекаясь краешками глаз, сначала даже не осознал, кому посвящено Такое. Осмотревшись вокруг, попытался догадаться неужели ему? Она глядела с такой необъяснимой любовью, с таким трепетом, как будто обволакивала всею собою тебя горячо обожаемого человека, изученного до последней клеточки души и тела.
И тогда он во второй раз подумал, что его с кем-то перепутали наверное, очень похожим по внешности и одежде, а то зачем так смотреть ведь не киноартист, да и не эстрадный певец.
Вежливо улыбнувшись в ответ и забыв половину того, что нужно купить, уже не такой уверенной походкой, как обычно, вышел из магазина. Эта новенькая продавщица работала совсем недавно до этого её здесь никогда не было видно. Он даже усмехнулся про себя ну точно, перепутала с каким-то хорошим другом, а ты чуть было не повёлся вот случился бы розыгрыш, если бы подошёл поближе. Глупости всё это, дома молодая любимая жена, ребёнок; работа такая, что хочется на неё бежать, едва проснувшись, семья, в которую летишь, не дожидаясь конца рабочего дня. Кого он пытался убедить этими словами?
Та, что смотрелась нежной лилией на фоне болотных коллег по прилавку, уже несколько месяцев дарила удивительные взгляды такие, что не удавалось забыть. А потом и на улице он стал встречать её с маленьким ребёнком, которого на коляске отвозила в детский сад. Женщина как будто ждала, как будто молила ну не бойся, подойди, заговори со мной, это же так просто
Но тот, кто был воспитан на том, что двух жизней не проживёшь, на двух стульях не усидишь, и от хорошего не ищут лучшего, в ком ещё свежо помнился и уход из семьи отца, и как страдала после этого мама, давно поклялся самому себе, что у него-то, у него будет только один раз и, конечно же на всю жизнь! А она она прожигала взглядами так, что это заметил и стал перешёптываться весь магазин.
Кто скажет, что любовь грациозной красивой девушки не льстит самолюбию мужчины, тот либо лжец, либо дурак. Слышал же урывками что-то про себя и про неё, видел же, заходя в маркет, как другие продавщицы подтрунивают над ней, а она смущённо краснеет и глазами умоляющее просит защиты. Было ясно, что этот утончённый оранжерейный цветок в зарослях грубого чертополоха долго не выдержит, что это место совсем не для неё, что вот просто осталась одна с ребёнком, и пытается, как может, обойти перипетии судьбы.
А он не знал, что делать полностью принадлежа семье, в то же время не знал, как можно помочь и ей. В свои тридцать хорошо понимая, что новые отношения всегда каким-то образом повлияют на старые, он не хотел этого, даже, наверное, глубоко в сердце, испугался непонятно чего. А через пару недель зайдя за хлебом, услышал, что она уволилась и уехала в неизвестном направлении
Пятидесятилетний человек, вроде бы реализовавшийся и не обделённый жизнью, помнящий даже больше того, чего хотел бы, подлил в низкий бокал коньяка и закурил новую сигару. Пешком пройдя через все свои годы, понявший, что необходимо знать любому мужчине, теперь он хорошо чувствовал, что настоящая любовь это не самый пылкий секс в постели, не горячий завтрак после пробуждения, а пронзительно-щемяще-незащищённые глаза, которые смотрят на тебя всю жизнь радостно и доверчиво.
Игорь Бородулин.