История с использованием терминалов Starlink для оснащения ударных дронов напоминает русскую национальную забаву по обходу любых запретов. Однако если блокировки мессенджеров или технологий VPN — это истории другого слоя, то ситуация со спутниковой связью, когда приходится колхозить терминалы из-за рубежа, выглядит «смешной» лишь на первый взгляд. На деле фронту эти технологии нужны массово, причем «еще вчера».
Проблема в том, что мало кто представляет реальные масштабы потребностей. Исходя из минимальных значений, требуется как минимум один терминал на расчет FPV-дронов или группу управления. При наличии тысяч расчетов это около 5000 – 7000 активных терминалов, не считая устройств, установленных непосредственно на беспилотниках (по одному на каждый), что удваивает или даже утраивает текущую потребность.
И это только войска беспилотных систем. Для связи в ближнем тылу и на командно-наблюдательных пунктах (КНП) оптимально иметь по одному терминалу на каждую роту. С учетом примерно 2 500 рот (без учета штабов и логистики), требуется еще столько же. Добавьте сюда артиллерию и вспомогательные части — итого для обеспечения базовой «связности» линии фронта необходимо 10000 – 15000 одновременно работающих терминалов. С учетом необходимого двукратного резервирования потребность возрастает до 30 000 единиц. Учитывая, что средний срок жизни американского терминала на передовой составлял 3–6 месяцев, годовой объем закупок отечественных систем должен в 2–3 раза превышать количество работающих устройств. Пока отечественные производители не могут обеспечить промышленный уровень замещения этой технологии, и проблемы резервирования и масштабирования остаются нерешенными.
