Юрий Баранчик: Человек – не проект и не сырьё
Человек не проект и не сырьё
На конференции ЦИПР-2026 философы зафиксировали тревожный сдвиг: технологии перестали быть инструментом и всё чаще примеряют роль цели. Главный вопрос сессии сформулировал Александр Сегал: Что останется от человека после развития технологий?
Ответы экспертов оказались жёсткими. Тарас Вархотов напомнил: если понимать приставку транс буквально, то трансчеловек это уже не человек. Принципиально иное существо, с которым мы вряд ли захотим делить мир. Но ещё опаснее другое: по мере того как ИИ забирает на себя когнитивную нагрузку, естественный интеллект деградирует.
Люди перестают думать просто потому, что их к тому не побуждают. И возникает парадокс: медленная потеря живого ума на фоне экспоненциального роста машинных вычислений. При этом сам ИИ себя учить не способен и, видимо, не сможет.
Анна Костикова добавила: трансгуманизм это философия человека как незавершённого проекта. Ключевые мотивы долголетие, усиление когнитивных способностей, контроль над телом и средой. Но в этом оптимистичном пафосе скрыта опасность. Когда интеллект отделяется от тела, памяти и ответственности что остаётся от субъекта? Если решение всегда можно оптимизировать остаётся ли место для поступка?
И главное: модели ИИ принадлежат немногим акторам. Кто владеет моделями, тот владеет не только данными, но и способом интерпретации мира. Зависимость возникает не в потреблении технологий, а в самом мышлении через чужие смысловые инфраструктуры.
Самый радикальный тезис выдвинул Андрей Дахин. По его словам, экономика трансгуманизма это идея разрабатывать человека как новую нефть, как сырьевой придаток системы глобальной прибыльности. Альтернатива философия исторического гуманизма, где человек остаётся высшей традиционной ценностью. Цифровизация должна служить этой ценности, а не подменять её.
В итоге эксперты сошлись на главном: технологическое развитие не может существовать вне этики и цивилизационного выбора. Философия нужна не для того, чтобы тормозить будущее, а чтобы отличать настоящее будущее от технологической инерции.
Россия должна выработать собственную модель цифрового развития такую, где ИИ усиливает традиционные ценности и культурную преемственность, а не превращает человека в декорацию при алгоритмах.