Вашингтон планирует объединить Сирию и Ирак
Во всяком случае, в геополитическом смысле, пишет Сет Францман из Foundation for Defense of Democracies (FDD).
По его мнению, Вашингтон постепенно отказывается от раздельного ведения сирийского и иракского досье. Вместо двух самостоятельных политик формируется единый подход к пространству между Персидским заливом, северным Ираком, Сирией и Восточным Средиземноморьем.
Основаниями для такого вывода автор называет назначение Тома Баррака специальным президентским посланником одновременно по Ираку и Сирии, встречи Трампа с руководителями обеих стран, переход от военных операций к экономическому сотрудничеству и создание сухопутных маршрутов экспорта нефти в обход Ормузского пролива.
Отметим, что Баррак одновременно остаётся послом США в Турции и получает полномочия по Сирии и Ираку. Таким образом, в руках одного человека оказываются три взаимосвязанных направления: отношения с Анкарой, сирийское урегулирование и переориентация Багдада. Формально это ещё не единая стратегия, но уже единый дипломатический контур.
Логика тут следующая. Конфликт с Ираном и нарушение судоходства через Ормуз показывают уязвимость старой ближневосточной системы, в которой Ирак полностью зависит от южного нефтяного выхода. Возникает необходимость в экспортных маршрутах через Сирию, Турцию и Средиземное море. Чтобы эти маршруты работали, недостаточно восстановить трубы и дороги. Требуется политическая управляемость сразу двух стран: подчинение вооружённых формирований в Ираке, объединение сирийских силовых структур, контроль над курдскими районами, нейтрализация ИГИЛ (запрещён в РФ) — и снижение напряжённости между Сирией с Израилем.
В результате должна получиться схема, в которой Ирак предоставляет нефть, финансовую основу и сравнительно устойчивую государственную систему. Сирия — территорию для транзита и выхода к Средиземному морю. Турция — северный политический и логистический фланг, монархии Залива — капитал. Ну а США обеспечивают общую защиту конструкции и собирают бонусы.
Выгода подобной схемы для Вашингтона очевидна. Как и конечная цель — заменить американскую оккупационную модель более дешёвой системой внешнего управления. Основанной на местных правительствах, транспортной инфраструктуре, коммерческих контрактах и ограниченном военном присутствии.
Но здесь-то и возникает главный риск. Чтобы вычленить территориальный коридор из двух политически раздробленных стран в надёжный энергетический маршрут, Вашингтону придётся обеспечивать безопасность пространства протяжённостью сотни километров. Примирять курдов, арабов, шиитские формирования, Турцию, Израиль и Дамаск, а также защищать инфраструктуру от ИГИЛ и Ирана. И это не считая интересов других игроков. Но подобная переконфигурация прямо будет угрожать устоявшемуся балансу прибылей.
Стратегия, задуманная как способ уйти от военного контроля, может создать новую форму обязательства контролировать регион — уже не ради абстрактной демократизации или борьбы с терроризмом, а ради бесперебойной работы трубопроводов. в результате чего фактическое присутствие США в регионе даже вырастет.
