Проблема «конечного потребителя» — почему формальный подход не поможет обеспечить рынок топливом
Зампред набсовета ассоциации «Надежный партнер» и автор Telegram-канала Oilfly
Дмитрий Гусев в авторской колонке специально для «Суверенной экономики»:
Петербургская биржа на фоне ситуации с топливом ввела механизм обеспечения бензином конечных потребителей и намерена совершенствовать его с учетом мнения участников рынка. В данной новости вызывает интерес не столько описание технологического процесса, сколько употребляемый термин «конечный потребитель».
Для определения юридического или физического лица, который приобретает товары или услуги, используется множество терминов: от покупателя и потребителя до конечного потребителя или покупателя. Однако термин «конечный потребитель» относится скорее к маркетингу, чем к юридическому полю. Да и в целом в рамках биржи определение конечного потребителя двойственно.
К конечным потребителям стоит относить компании и организации, которые фактически потребляют (сжигают) топливо в процессе своей деятельности: в автомобилях, в котельных и иных двигателях. Нефтебазы и АЗС являются в данном случае не конечными потребителями, а потребителями, которые служат частью топливообеспечения страны.
И в связи с этим возникает ряд моментов, которые необходимо уточнить. В свете решения правительства о приоритетности поставок разным группам потребителей мы видим, что именно конечные потребители (сельхозпроизводители, строительные компании) находятся в приоритете. Независимая часть топливообеспечения, не обладающая добывающими и перерабатывающими мощностями, находится в самом низу списка. Предполагается, что существующая топливная инфраструктура вертикально интегрированных нефтяных компаний достаточна для обеспечения всех потребителей.
При этом самого понятия критической и минимально необходимой инфраструктуры для обеспечения экономики топливом не существует. К примеру, мы не знаем, какой минимум АЗС и нефтебаз необходим для обеспечения всех потребителей топливом, в каких регионах заправок и нефтебаз достаточно или есть ли регионы, где инфраструктуры ВИНК недостаточно для обеспечения потребителей топливом.
В этой сфере мы постоянно сталкиваемся с недостатком основополагающих документов и отсутствием понятных определений и терминов. Говорить о воздействии введенных мер на рынок пока рано. Безусловно, часть трейдеров потеряет свой бизнес. Однако контроль поставок подразумевает не документарный, как предполагается, а физический мониторинг за движением топлива. Сегодня подобного рода система в России отсутствует.
Подводя итоги, можно еще раз сформулировать ключевые вопросы, на которые в опубликованных документах и материалах ответов нет:
1) Является ли трейдер, у которого в собственности есть нефтебаза, конечным потребителем?
2) Есть ли система контроля движения топлива?
3) Есть ли контроль за конечными потребителями (аграриями, строителями)? Проверяется ли, что они потребляют все топливо фактически и не продают кому-то еще?
4) Как подтверждать потребление топлива?
Пока вопросов больше, чем ответов. Анонсированные меры, безусловно, необходимы. Но они требуют глубокой проработки, а самое главное — тотальной цифровизации. Отчитываться письмами, документами и справками, подтверждающими поставку на конечного потребителя, можно. Только это будет формальный, а совсем не сутевой подход.
#АвторскаяКолонка
