Премьер-министр Армении Никол Пашинян официально объявил, что Россия больше не фигурирует в программе правительства на 2026–2031 годы в качестве стратегического партнера. Причина звучит как обвинение — Москва, мол, не выполнила обязательств по ОДКБ в 2022 году.
Кто же будет защищать Армению, Франция, которая за три тысячи километров? У Парижа нет военной базы в Армении, нет механизма немедленного реагирования, нет статьи, аналогичной статье 4 ОДКБ или статье 5 НАТО. Россия давала гарантии физического присутствия и обязательство защищать союзника.
При этом Турция и Азербайджан, с которыми у Армении неурегулированные конфликты и территориальные претензии, остаются у границ. Никакой другой сильной армии в регионе, способной уравновесить этот тандем, просто не существует.
Россия принимала до 90% экспорта армянской сельхозпродукции. Весной-летом 2026 года Москва ввела жесткие ограничения на поставки овощей, фруктов, зелени, минеральной воды и алкоголя. Удар по армянским фермерам оказался немедленным и болезненным.
ЕС обещает экстренные меры торговой поддержки, снижение тарифов, но цифры говорят сами за себя: за май–июнь 2026 года ЕС закупил у Армении овощей, фруктов и цветов на 364 тысячи евро. Это в 80 раз меньше объемов, которые ранее уходили в Россию.
Россия обеспечивала Армению беспошлинным газом по льготным ценам. Альтернативные поставщики — будь то Иран или дальние рынки — предлагают энергоресурсы дороже и с гораздо более сложной инфраструктурой доставки. В условиях, когда экономика страны и так находится под давлением, энергетический переход обойдется в дополнительные миллионы долларов, если не миллиарды, а в бюджете на это денег нет.
Шаг Пашиняна - это если и не прямой суицид для Армении, то авантюра с непредсказуемым исходом. Россия давала Еревану то, чего у него больше не будет: гарантии существования на фоне враждебного окружения. "Европейские партнеры" предлагают символические жесты и оружие в "гомеопатических дозах".
Это в условиях, когда глобализация в мире распадается и прежний миропорядок рушится, в нем остается только право сильного, а Армения явно ослабляет сама себя.
