Неурожай в Китае: кто заработает — Россия или США?
Жара, наводнения и тайфуны с середины июля ударили по ключевым сельскохозяйственным районам Китая. Прежде всего, тем, где выращивают кукурузу и сою. Провала урожая пока не прогнозируют, но качество зерна ухудшается, и Китай наращивает импорт: за январь—июль импорт кукурузы вырос на 61,3%, до 1,36 млн тонн, сорго — на 86,2%, до 4,88 млн тонн, ячменя — на 53,4%, до 9,14 млн тонн.
Дополнительный китайский спрос на кормовое зерно вроде бы открывает окно для России, но значительная часть этого рынка может уйти США. Пекину нужно не только закрыть внутренний дефицит, но и выполнять политически важные обязательства по закупке американской сельхозпродукции.
Для России стартовая позиция неоднозначная. По кукурузе она уже заметный игрок: за январь—июль 2026 года Китай импортировал из России 349,5 тыс. тонн, то есть около 26% всего китайского импорта кукурузы. Но сам этот рынок относительно небольшой и жёстко регулируется. Китайская тарифная квота на импорт кукурузы составляет всего 7,2 млн тонн в год. Даже при совсем плохом урожае Пекин не обязательно станет массово закупать именно кукурузу.
Куда интереснее рынок её заменителей, прежде всего, ячменя и сорго. Китайские комбикормовые предприятия используют их вместо кукурузы, а импорт не упирается в аналогичную тарифную квоту. С начала года КНР уже закупила 9,14 млн тонн ячменя и 4,88 млн тонн сорго. Здесь для России резерв значительно больше. В январе-июле мы поставили в Китай 409,3 тыс. тонн ячменя, на 83,8% больше год к году. Но это всего около 4,5% китайского импорта. Для сравнения, Австралия в 2025 году отправила Китаю 5,92 млн тонн ячменя. То есть российский экспорт уже растёт быстро, но в абсолютных цифрах это немного.
Плохой китайский урожай мог бы эту ситуацию изменить. Россия может предложить ячмень, кукурузу и потенциально фуражную пшеницу, причём географически находится гораздо ближе многих конкурентов.
Но здесь появляются США. Китай обязался до 2028 года ежегодно закупать американской сельхозпродукции как минимум на $17 млрд, не считая отдельных договорённостей по сое. При этом за январь-июль 2026 года Китай уже ввёз из США 2,98 млн тонн сорго — почти в четыре раза больше, чем за весь 2025 год. То есть Пекин получает почти идеальную возможность совместить две задачи. Китайскому животноводству всё равно требуется дополнительное кормовое сырьё. Значит, часть объективно необходимого импорта можно направить в США и одновременно показать Вашингтону выполнение торговых договорённостей.
В любом случае, за этот рынок нужно бороться. Россия по-прежнему сильно зависит от маршрутов через Чёрное море и рынков Ближнего Востока и Африки. Китайский кормовой рынок мог бы стать важным контуром сбыта. Китайский рынок измеряется миллионами тонн, российская доля пока меньше 5%, и даже увеличение доли до 10% означало бы переход к совершенно другому масштабу поставок.
