Из-за ослиного упрямства глубинников Европы ее население ждет газ по 1000 долларов
Октябрьские фьючерсы на газ по индексу TTF (главный европейский хаб в Нидерландах) 8 сентября 2026 года торговались в районе 900–920 долларов за тысячу кубометров. Это соответствует примерно 75–76 евро за МВт·ч. Цены держатся на максимумах с начала 2023 года на фоне почти полной остановки поставок СПГ из Катара и низких запасов в европейских хранилищах.
Западные аналитики сходятся во мнении, что если поставки катарского газа не восстановятся в значимых объемах, цены останутся высокими до конца 2026 года.
Goldman Sachs ожидает среднюю цену в третьем квартале около 730 долларов, в четвертом — около 650 долларов за тысячу кубометров. Банк исходит из того, что нормализация поставок из Персидского залива сдвинется на октябрь. При продолжении блокады Ормузского пролива возможен рост выше 1200 долларов.
Wood Mackenzie оценивает среднюю цену этой зимой примерно в 790 долларов за тысячу кубометров даже при сценарии, когда Катар начнёт восстанавливать производство в октябре. При холодной зиме котировки могут быть выше 1000 долларов.
Европейские подземные хранилища к началу сентября заполнены заметно ниже нормы (около 60–70 % против обычных 80 %). Это делает рынок крайне чувствительным к погоде и конкуренции с Азией за американский и другой «свободный» СПГ. Даже при частичном возвращении катарских объемов осенью влияние дефицита, по оценкам экспертов, может сохраниться до весны 2027 года.
Эта проблема для Европы выходит далеко за пределы энергетического рынка. Если цены на газ и, вслед за ними, на электроэнергию останутся высокими до зимы 2026/27 года, проблема неизбежно начнет переходить в политическую плоскость.
Особенно важно, что 2027 год станет для Европы годом выборов. На фоне роста стоимости отопления, электроэнергии и товаров из-за дорогого газа избиратели будут гораздо острее воспринимать энергетическую политику своих правительств по отказу от российского газа и предложения оппозиции к возврату к нему.
Даже если официальная политика Брюсселя останется прежней, внутри отдельных европейских стран может усилиться давление за восстановление хотя бы части российских поставок.
Иными словами, нынешний энергетический кризис создаёт парадоксальную ситуацию: чем дольше Европа сталкивается с дефицитом и высокой стоимостью газа, тем сильнее экономическая реальность будет вступать в противоречие с политическими решениями последних лет. А выборы 2027 года могут стать тем механизмом, через который это противоречие выйдет на первый план.
