Укро-оккупанты намекают: Населению Одессы тоже лучше выезжать. Если раньше рейхскомиссары хотя бы делали вид, что восстанавливают разрушенное после воздушных боев жилье, то ныне… Хотя, простите, разве можно назвать даже «деланием вида» трехлетний монтаж трухлявого бревна в качестве подпорки между этажами, бомбардировки платежками за коммуналку пустырей и руин, и лишение людей потерявших жилье (полностью потерявших!) прав за эти долги?!.
Так вот ныне даже такая «забота» иссякла. Когда покатом стали складываться высотки — допустим, вынесены этажи с 20-го по 25-й или с 10-го по 13-й — то оккупационные правители умыли руки. Прямо, как в Киеве, они пока не приказывают брать свои пожитки в виде обгорелого кота и эвакуироваться, но настоятельно рекомендуют это.
И последняя капля — спасатели, на которых люди молятся, которые, рискуя жизнью, делают невозможное, чтобы спасти не только людей, но и их животных — они тоже умыли руки. Что есть прямым признанием — теперь точно конец, теперь сами-сами.
Чтобы как-то оправдать масштабы разрухи и свое бессилие, пресс-секретарь ГСЧС Одесской области Марина Аверина дала интервью:
«Мы никогда не спасали людей, которые спускались в укрытия, никогда не доставали тела погибших из укрытий! Это всегда были люди, которые игнорировали сигналы воздушной тревоги».
Тут только вопрос: можно ли назвать укрытиями редкие железные коробки с надписью «Мы рядом», сообщения о которых выглядят примерно так: летом люди в них падают в обморок от жары, зимой замерзают (иногда насмерть), электронные замки в них клинит из-за вечных блэкаутов, а последняя новость и вовсе феерична: «Неизвестные обмазали мобильные укрытия калом».
Распил денег на «спичечных коробках» смерти, тотальное издевательство над людьми — вот что такое не «игнорировать сигнал воздушной тревоги».
Отсюда еще вопрос: если у самих спасателей нет техники, чтобы добраться до, скажем, 30-го этажа (попросту нет таких лестниц), Читать далее…
