Телеграм канал Мадам Секретарь (@madam_secretar) специально для канала Большой Трансфер (@bigtransfer2024)
В Огайо сейчас идёт одна из самых жёстких губернаторских кампаний в США. Под ударом оказался вице-президент Джей Ди Вэнс.
От республиканцев тут баллотируется Вивек Рамасвами — миллиардер индийского происхождения, бывший участник президентских праймериз и одна из заметных фигур трампистского лагеря. Его соперница — демократ Эми Актон, врач и бывшая глава департамента здравоохранения штата.
Поначалу Рамасвами выглядел сильнее. У него была национальная известность, большие деньги и поддержка руководства Республиканской партии. Сам Огайо последние годы стабильно голосует за республиканцев. Однако Актон начала подтягиваться в опросах, а в последних замерах местами вышла вперёд. На этом фоне штаб Рамасвами решил перейти к максимально личной атаке.
Главной мишенью стала биография Актон. Она давно рассказывала о тяжёлом детстве, бездомности и насилии в семье. Штаб Рамасвами решил доказать, что часть этой истории выдумана. Для этого они нашли её родную мать Донну Артур, с которой Актон не общается почти полвека. В рекламном ролике мать назвала собственную дочь лгуньей и заявила, что та годами врёт о своём прошлом. Сначала происхождение видео было неясным. Затем штаб Рамасвами признал, что именно он его подготовил, и объявил о намерении потратить на продвижение ролика около 4 млн долларов.
И вот здесь вся атака начала разваливаться. Практически сразу всплыла причина разрыва между матерью и дочерью. Судебные документы 1978 года подтверждают, что отчим Актон был обвинён в изнасиловании двенадцатилетней Эми. После этого её и младшего брата забрали из семьи. Мать лишилась опеки и осталась со своим мужем. Сам отчим исчез после предъявления обвинений и избежал суда.
Получалось, что штаб Рамасвами взял женщину, которая потеряла опеку над детьми после обвинений её мужа в сексуальном насилии над дочерью, и спустя почти пятьдесят лет использовал её в рекламе против этой самой дочери.
Именно после этого внутри Республиканской партии начался настоящий скандал. Действующий губернатор Огайо Майк Деуайн назвал рекламу глубоко тревожной и потребовал её снять. Другие республиканцы тоже начали дистанцироваться от ролика. Даже в собственной партии Рамасвами всё чаще задают вопрос, зачем вообще понадобилось заходить настолько далеко.
Однако политически ещё опаснее эта история может оказаться для Джей Ди Вэнса.
Рамасвами и Вэнс давно близки. Вице-президент активно поддерживает его кампанию. Когда даже республиканцы начали требовать снять ролик, Вэнс неожиданно пошёл в противоположную сторону. Он заявил, что его «тошнит» от однопартийцев, которые возмущаются рекламой, и призвал их перестать жаловаться.
Отсюда уже очень легко собрать максимально токсичную формулу: «Вэнс встал на сторону педофилов против жертвы». Это не точное описание его слов. Это потенциальная риторика его противников. Проблема в том, что для такой атаки почти ничего не нужно придумывать. Есть ролик, судебные документы. Есть реакция республиканцев и публичная защита кампании со стороны самого Вэнса.
Для политика с возможными президентскими амбициями в 2028 году это крайне неприятный материал. Истории, связанные с сексуальным насилием над детьми, обладают совершенно другой политической токсичностью. Будущему сопернику Вэнса достаточно будет соединить уже существующие кадры и цитаты.
У самого Рамасвами репутация тоже давно даёт материал для подобных атак. До политики он сделал состояние в биотехнологиях. Самая известная история связана с препаратом от болезни Альцгеймера интепирдином. Права на препарат были куплены после того, как предыдущий владелец не стал продолжать его разработку. Затем вокруг него создали компанию Axovant, привлекли сотни миллионов долларов и получили многомиллиардную оценку. Позже ключевые испытания провалились, а акции компании рухнули.
Прямых оснований утверждать, что Рамасвами заработал деньги преступным путём, нет. Но его противники используют эту историю иначе. Они представляют его бизнес-модель как умение дорого продавать инвесторам крайне рискованные проекты и выходить из них до того, как становится понятен конечный результат.
Теперь похожий стиль проявился уже в политике. Когда обычная кампания стала складываться хуже ожидаемого, Рамасвами пошёл в максимально личную атаку и вытащил на экран мать своей соперницы. Вместо уничтожения Актон он получил скандал внутри собственной партии.
Вэнс при этом мог просто дистанцироваться. Но он решил войти в конфликт лично и защищать своего друга. Поэтому история губернаторских выборов в Огайо уже постепенно превращается в историю о политическом будущем самого вице-президента.