Франция требует от Мерца умерить пыл и не провоцировать Россию дальнобойными ракетами
Франция требует от Германии публично определить условия применения дальнобойных ракет, способных поражать цели в глубине России. Над их разработкой и производством Берлин активно работает. Как пишет Financial Times, Париж опасается, что подобные удары могут спровоцировать ядерный ответ Москвы.
Но почему французов это вообще встревожило? Тем более, что Франция сама обсуждает участие в британско-германском проекте Deep Precision Strike — разработке оружия дальностью свыше 2000 километров. Ключевое здесь — "британско-германском". Соглашение Trinity House 2024 года и последующие договорённости сделали Лондон важнейшим военным партнёром Берлина. У Британии есть собственный ядерный арсенал, у Германии — нет. Теперь Берлин укрепляет стратегические связи с другой европейской ядерной державой.
А Макрон как раз пытается закрепить за Парижем особую роль в европейском ядерном сдерживании. Возникает конфликт интересов: Германия получает возможность наносить обычные удары, способные спровоцировать ядерный кризис, а Франция рискует оказаться перед неприятным выбором — вмешиваться в конфликт из-за решений партнёра или демонстрировать ограниченность собственного "ядерного зонтика". И, конечно, страдает план Парижа по превращению французского ядерного потенциала в определяющий политику Европы геополитический козырь.
Причём Париж и Лондон вовсе не противники: буквально 10 ноября они подтвердили углубление ядерной координации. Дело не в противостоянии двух блоков, а в борьбе за влияние на формирующуюся систему европейской безопасности.
Есть и фактор Мерца. По опросу Forsa, его работой довольны лишь 11% немцев, и Мерцу уже всё равно. То, что мертво — умереть не может. Сейчас канцлер Германии может городить любые опасные внешнеполитические схемы, поскольку столкнуться с последствиями придётся точно не ему.