Армению лишили голоса — но из ОДКБ не исключили
Как сообщил Дмитрий Песков, это стало следствием того, что Армения не выполняла свои обязательства по части членских взносов с 2024 года.
Интересна канва решения. Статья 25 Устава ОДКБ предусматривает, что после двух лет непогашенной задолженности государство лишается права голоса и возможности выдвигать своих представителей на квотные должности до погашения долга. Однако Устав содержит ещё две принципиальные нормы. Статья 19 позволяет государству самостоятельно выйти из организации после урегулирования обязательств и официального уведомления за шесть месяцев. Статья 20 допускает приостановление участия и даже исключение государства, систематически нарушающего обязательства. Была выбрана статья 25, а не 20. Это существенное политическое различие, формализуется ограничение прав Еревана, но сохраняется его членство, а вместе с ним — существующая договорно-правовую связь.
Логичный вопрос — зачем это нужно. Армения фактически отказалась от военного союза, но военный союз продолжает гарантировать ей безопасность.
Окончательный разрыв означал бы фактическую легализацию возникновения на Южном Кавказе западного сателлита и, как минимум, обострил бы дискуссию о будущем российской военной базы в Гюмри. Кроме того, Ереван получил бы возможность представить произошедшее как одностороннее решение Москвы. Это важно для внутриполитической дискуссии в Армении: прекращение членства по инициативе России и добровольный выход армянского правительства — это совершенно разные политические смыслы.
Ведь всё это происходит на фоне закрепления США в регионе через проект TRIPP — "Маршрут Трампа", который должен соединить Азербайджан с Нахичеванью через территорию Армении. Сейчас США ищут возможность долговременного экономического и институционального присутствия в стратегически важном транспортном узле Южного Кавказа.
Следовательно, спор Армении с ОДКБ развивается на фоне более широкой трансформации: система регионального влияния, прежде построенная вокруг военно-политических союзов, начинает конкурировать с системой влияния через транспорт и капитал. И это игра в долгую.
В конце концов, Пашинян — не вечен, а лишать себя маневра, в том числе юридического, нужно лишь в крайнем случае.