ВЕЧЕРНИЙ ЗВОН:
предательство уходящего дня
15 января 1920 года в Иркутск был доставлен под конвоем адмирал Александр Колчак. За две недели до этого на станции Нижнеудинск он был задержан чехословацкими интервентами, которые, спасая свои шкуры и награбленное, прорывались по Транссибу во Владивосток. Верховный правитель России нужен был им, как разменная карта для беспрепятственного пропуска.
И, конечно, «союзники» обставили это пафосно:
«1. Поезда адмирала и с золотым запасом состоят под охраной союзных держав.
2. Когда обстановка позволит, поезда эти будут вывезены под флагами Англии, США, Франции, Японии и Чехословакии.
3. Конвой адмирала не разоружать…»
Но это не помешало им через две недели по-крысиному сдать адмирала большевикам. А Колчаку войти в историю фразой: «Продадут меня эти союзнички...»
День расцветал и был хрустальным,
В снегу скрипел протяжно шаг.
Висел над зданием вокзальным
Беспомощно нерусский флаг.
И помню звенья эшелона,
Затихшего, как неживой.
Стоял у синего вагона
Румяный чешский часовой.
И было точно погребальным
Охраны хмурое кольцо,
Но вдруг, на миг, в стекле зеркальном
Мелькнуло строгое лицо.
Уста, уже без капли крови,
Сурово сжатые уста!..
Глаза, надломленные брови,
И между них - Его черта,
Та складка боли, напряженья,
В которой роковое есть...
Рука сама пришла в движенье,
И, проходя, я отдал честь.
И этот жест в морозе лютом,
В той перламутровой тиши, -
Моим последним был салютом,
Салютом сердца и души!
И он ответил мне наклоном
Своей прекрасной головы...
И паровоз далеким стоном
Кого-то звал из синевы.
И было горько мне. И ковко
Перед вагоном скрипнул снег:
То с наклоненною винтовкой
Ко мне шагнул румяный чех.
И тормоза прогрохотали, -
Лязг приближался, пролетел,
Умчали чехи Адмирала
В Иркутск - на пытку и расстрел.
Кавалер четырех орденов Первой мировой, офицер и поэт Арсений Несмелов написал это сто лет назад. Ничего не изменилось с тех пор - ни с чехами, ни со всем продажным Западом:
Вовремя предать – это не предать, а предвидеть.
