ВЕЧЕРНИЙ ЗВОН:
прыжок уходящего дня
23 января 1976 года на полигоне под Псковом впервые в мире была десантирована БМД-1 с экипажем - подполковником Леонидом Щербаковым и майором Александром Маргеловым. Парашютная реактивная система «Реактавр» отработала безукоризненно. На земле героев ждал, выкурив за час пачку сигарет, отец одного из них, командующий ВДВ Василий Маргелов…
«Командующий подошел к нам, взял за воротники, прижал по-отцовски и сказал: «Вам-то что, разобьетесь и все. А мне перед Богом всю жизнь отвечать. Сынки, я жду вас на земле с победой», - вспоминал Леонид Щербаков.
Вытяжной парашют вырвал БМД из самолета, и мы провалились в бездну. Восемь тонн брони устремились к земле. Машину повернуло на 120–135 градусов, и мы оказались в перевернутом положении. Наступил момент невесомости, в лицо полетели болты, гайки, ветошь и брызги воды. Неожиданно пропала связь и с самолетом, и с землей. Это была уже нештатная ситуация!
Секунды летели. Мы почувствовали, что начал выходить основной купол. При его раскрытии произошел сильный рывок. Начались медленные амплитудные колебания из стороны в сторону. Нас перевернуло в исходное положение. Снижение шло со скоростью 25 м/с. И вдруг под нами, на днище щелкнули замки телескопических щупов.
Через мгновение над нами громыхнули реактивные двигатели и остановили падение до нулевой скорости. Резко пошли перегрузки, произошло довольно жесткое приземление. Голова пошла вперед, затрещали мышцы шеи. А потом — гнетущая тишина. Я пришел в себя, медленно повернул голову в сторону Александра и с русским матерком поздравил его с победой.
Нас подхватили на руки, подбрасывали вверх. Все праздновали победу. А нас тошнило, болели все кости, словно мы побывали в лапах дикого зверя. Для снятия напряжения Батя налил нам по стакану водки. Но организм ее не принял…
Дома у Маргеловых нас встречала хозяйка с накрытым столом. Дружно поздравили ее с днем рождения и сели за стол. Батя приказал привезти наших жен…»
ВДВ: с любых высот – в любое пекло!
