2.
При эвакуации деда посадили в коляску. Потом пересадили в гражданскую легковую машину, которая путём удаления дверей и перекраски в зелёный цвет, стала, ТСП К - транспортным средством переднего края. Его посадили рядом с водителем, и тут же раздался звук моторчика коптера ВСУ. Все закричали: «Птичка»! Дед не мог выскочить и побежать вслед за остальными, поэтому-то все не побежали укрываться, а остались рядом с машиной, отстреливались. Уничтожили этот коптер и поехали дальше. Это был последний коптер, которого дед увидел в своём родном месте. А предпоследний залетал к нему накануне прямо в комнату.
Узнав, что его увозят дед испытывал большое нетерпение, ему уже хотелось начать движение. Понимая, что в доме как-никак он защищён, а в пути много больших проблем и трудностей. Но. Предыдущий, предпоследний коптер залетел к нему домой прямо в хату и завис перед его лицом.
Дед увидел, что у него к «боюху»прикреплён снизу предмет, похожий на бутылку. Дед даже пошутил, когда рассказывал об этом. Я, говорит, подумал: «Неужели украинцы вина прислали мне напоследок?» Но, это был боеприпас, граната от РПГ-7, «морковка». Коптор пошарил по комнате и вылетел аккуратно на улицу.
Мы снова пересаживались, деда прреодевали в бронежилет, в каску. Кстати, у Луки, это специальный его комплект, помимо большого оранжевого чемоданчика с лекарствами и препаратами.
Деду померили давление, оказалось повышенным, его чуть сбили, напоили чаем. И он сидел в промежуточном укрытии, с таким довольным видом. У него в руках была кружка. Я говорю: "Дед, что это такое?" Он говорит: «Это я похмеляюсь». Потом засмеялся, говорит: «Да нет, нет, это мне валерьянки налили, чтобы я от радости на крышу машины не заскочил».
Мы очередной раз перегрузили деда. Мы — это Лука, который носил его буквально на руках. Когда это было проще сделать, когда тяжелее, тяжелее в случае бронежилет и каска были на деде.
