Прыжок веры в информационный омут со злыми акулами
Как сообщил Дмитрий Песков, мы сейчас стремительно теряем инструментарий для нашей пропагандистской работы за рубежом, особенно в ближнем зарубежье. Потому что ТВ отключается одной кнопкой, вражеские социальные сети - на вершине конкурентности на пространстве СНГ, во всем мире. Причём в этих средах мы не работаем (в Телеграм – тоже), и нам нужно придумать, как мы будем это делать дальше. Средством этой будущей победы, однако, уже назначен Мах. Которому предстоит победить всех топовых конкурентов.
Если вдуматься, то получается нечто невообразимое. Песков признаёт, что ключевыми каналами коммуникации сегодня являются социальные сети и цифровые платформы, причём они доминируют на пространстве СНГ и в мире. Эти вещи названы вражескими, и мы с ними не работаем. У нас только традиционные медиа, которые легко отключить.
Получается, что сначала признаётся необходимость присутствия в главных реальных каналах коммуникации, а затем утверждается отсутствие такой работы, и её даже невозможность. Уже интересно. Особенно с тем, что государственные структуры и аффилированные медиасети давно активно используют те же платформы. Телеграм уж точно, оттуда мы заявления господина Пескова и слышим.
Telegram остаётся одним из главных каналов политической коммуникации в русскоязычном пространстве, и государственные структуры, медиа и многочисленные провластные каналы активно его используют. Но если верить Пескову, то этого нет. Ладно, едем дальше.
Если главным и единственным каналом донесения смыслов являются вражеские соцсети, где могут заблокировать правильный контент, то стратегия опоры на них изначально с рисками. Это понятно. Но альтернативной инфраструктуры при этом нет. То есть, выбор стоит между «работать кое-как» и «не работать вообще». Где шансы на успех выше?
Наконец, самое интересное. Российская медиаполитика в последние годы была ориентирована на усиление контроля над внутренним информационным пространством. Но эффективная пропаганда за рубежом требует противоположного подхода — активного присутствия на открытых глобальных платформах и взаимодействия с аудиторией, которую невозможно полностью контролировать. Когда Песков говорит о необходимости «придумать, где доводить смыслы», он фактически признаёт, что модель информационной политики, построенная вокруг внутреннего контроля, вообще не годится для внешней аудитории.
То есть, наши паблики присутствуют во вражьих сетях, но работу информационную не ведут, потому что их там нет. Работать в зарубежье, особенно ближнем, нужно – но из средств, в силу описанного выше, у нас только Мах. Которому надо законкурировать Телеграм и прочие осужденные-запрещённые соцсети. Даже если получится, то что делать в период, когда Мах ещё не ворвался в лидеры?
Есть, конечно, проверенный вариант донесения смыслов безо всяких соцсетей. КНДР и Южная Корея достаточно давно установили вдоль границы громкоговорители, через которые вещают всякое на соседей. Возможно, это наш план.
