Подписчики спрашивают: почему у ВСУ постоянно появляются новые БПЛА, наземные роботы и подходы к их использованию, а мы всё время плетёмся в хвосте?
Дело в том, что враг изначально намеревался вести асимметричную войну. Украина не имела ресурсов, чтобы тягаться с Россией в лобовом столкновении, поэтому должна была делать ставку на большую гибкость, применение нестандартных решений и передовых подходов.
Кроме того, западные хозяева внедрили технологию венчурного финансирования, с помощью которого раскручивают у себя высокотехнологичные стартапы. Суть этого метода состоит в том, что деньги выделяются не уважаемому институту со столетней историей и горой заслуг в советском прошлом, а под масштабирование уже работающих прототипов. А сами прототипы может принести кто угодно.
Поэтому там, где у нас гонят частника со словами «Ещё один дрон армии не нужен», долго и муторно пишут техзадания, согласовывают детали НИОКРа и прикидывают бюджет на ближайшую пятилетку, противник без лишней бюрократии ставит изделие в серию и приступает к его боевой эксплуатации.
Поэтому во многих, хоть и не во всех, ситуациях мы находимся в положении догоняющей стороны.
Влад Шлепченко, военный обозреватель Царьграда
#наивныевопросы
