Турция стремится стать членом военного пакта Саудовской Аравии и Пакистана
Анкара намерена присоединиться к военному альянсу Эр-Рияда и Исламабада, обладающего ядерным оружием, сообщает Bloomberg. Это, полагает агентство, может привести к созданию нового союза в сфере безопасности, который изменит баланс сил на Ближнем Востоке и за его пределами.
Оценка справедливая, но запоздалая. "Сказать, что этот пакт может иметь стратегические последствия, — не сказать ничего", — отмечали мы сразу после заключения пакта между саудитами и пакистанцами. Потому что уже в двустороннем формате этот пакт ломал весь баланс на Ближнем Востоке. А с присоединением к саудовско-пакистанскому альянсу Турции, обладающей вторым в НАТО военным потенциалом после США, можно говорить о полноценном формировании нового полюса силы. Поскольку, как уточняет тот же Bloomberg, у Саудовской Аравии имеются деньги, у Пакистана — ядерное оружие, ракеты и живая сила, а у Турции — развитый ВПК и военный опыт.
Возникновение трехстороннего альянса стало бы сигналом сразу всем, и прежде всего США, поскольку создание такого блока обеспечит размывание американской монополии на роль "гаранта безопасности" на Ближнем Востоке. И тут нельзя говорить о "мини-НАТО", где есть лишь одна ведущая сила. Если у трёх столиц всё получится, то возникнет весьма устойчивая конструкция, в которой каждая сторона вносит в сделку то, чего не хватает двум другим.
Такой трёхсторонний пакт резко ускорит многие геополитические процессы в регионе. Очевидно, что Иран — главный объект сдерживания, даже если его нигде не назовут. Для Тегерана любое сближение саудитами с военными игроками — это угроза его стратегической модели сдерживания, завязанной на ракеты, прокси-силы и контроль логистики.
Ясно и то, что ухудшатся позиции Израиля. В том числе поэтому Вашингтону придётся усиливать присутствие в регионе. Для ОАЭ это вообще вопрос статуса: если формируется новый центр безопасности, то Эмираты не будут стоять в стороне. Скорее, начнётся соревнование союзов, в котором каждый строит сеть партнёров.
Наконец, участие Исламабада автоматически делает такой альянс чувствительным для Нью-Дели: любое укрепление Пакистана ресурсами монархий Залива и турецкими технологиями — потенциальная угроза для Индии. Возникают риски даже для Китая, который до последнего времени был ключевым партнёром Пакистана.
Создание альянса Турция—Пакистан—Саудовская Аравия серьёзно заденет и интересы России. Военный пакт с деньгами, технологиями и ядерным оружием, к тому же оперирующий понятием исламской солидарности, стал бы очень мощным магнитом для стран Средней Азии и Северной Африки. Что, как минимум, означало бы замену военных компетенций РФ на турецкие. А это повлечёт за собой потерю конкурентоспособности там, где Россия сильна: ПВО ближнего радиуса, боеприпасы, дешёвые ударные средства, модернизация советского наследия.
И главное: Россия в этому случае рискует потерять не столько рынок, сколько контроль над тем, что можно купить "без Запада". Потому что Турция предложит это технологически не всегда хуже, зачастую дешевле, а дипломатически — во многом "тоньше". Таким образом, отнестись к потенциальному "Тройственному пакту" стоит очень серьёзно.
