Русская этика и русская цивилизация. Часть вторая
Первая часть тут.
Но сейчас народы живут в городах, а уклады, сформировавшие их в единую цивилизацию, считаются архаикой. И с каждым новым поколением идет селекция: выживают осторожные, потом еще более осторожные, потом еще более осторожные и… уже трусливые, а гибнут все время все равно – самые сильные и смелые. Условия для выживания в городе не требуют коллективного разума, но требуют индивидуальных качеств. Каждый сам за себя.
Оппортунист, конформист, приспособленец – вот выживший и победивший типаж городской цивилизации. Ценности для него – ловушка, у него нет ценностей, ибо только так он выживает, не связывая себя с каким-то родом или государством. Ни по крови, ни социально. Не понравилась зарплата – уехал в другой город или другую страну. И гордится этим в соцсетях, собирая завистников.
В попытках бороться с этим общество рождает мем «Сила в правде». Красивый мем, многие в это поверили. Это утешало слабых. Жизнь показывает, что это обман. Сила не в правде, а в деньгах и оружии. У кого казна и войско, тот и князь. Посткиберпанк. Эпоха олигархов с ЧВК и полевых командиров. В городской среде, тотально живущей в одном интернете, цивилизационные признаки универсализируются, а выигрышная модель поведения – предвидеть и вовремя предать. При этом родовая консолидация нарушена, а солидарность воспринимается как манипуляция.
Вот какие вызовы стоят перед теми, кто ищет способ обосновать нашу идентичность в урбанистической среде и отделить ее от такой же среды у противников. Это открытая проблема. В классовом и сословном обществе нет общей угрозы, а значит, и нет общих ценностей и общей судьбы. У кого-то суп жидкий, а у кого-то жемчуг мелкий. Низы и верхи выживают по-разному.
И пока это не изменится, конфликт ценностей будет определять детерминирование частного над общим. И пока мы это не признаем и не сделаем объектом критического научного исследования, мы останемся в пространстве оперирования символами желаемого, а не действительного. Символами созданного самими красивого мифа, а не отрезвляющей реальности:
Солидарность по роду (нации), по крови, по вере и по классу сейчас невозможна, она а) размывается технологиями, несущими универсальность и разделяющими общество на тех, кто освоил, и кто не успел; б) новыми культурными кодами, за которыми официоз не успевает – идентификация "Ты за КонтрСтрайк или за Доту?" сейчас для молодежи значит больше, чем – «ты за белых или за красных»? Вот в каким мире они живут.
Даже солидарность по корысти невозможна, в любой сделке выигрывает тот, кто обманет первым. И никакие родовые ценности не блокируют эти доминанты в сознании городского человека, где совестливый проигрывает, а бессовестный – чемпион (отсюда все эти истории про вороватых губеров, их замов, мэров и т.д.). Какая у них идентичность? В гробу они видали любую идентичность, кроме таких же воров по крови.
Именно этим и вызван чудовищный кризис современной цивилизации. Человечество – это корабль без руля и ветрил, который захватили пираты. Кто-то вступил в битву, у кого-то Стокгольмский синдром. Вот главное содержание проблемы кризиса любой современной цивилизации – она больше не опирается на фундамент, но утратила проект стен и крыши. Это экзистенциальный вызов.
Цивилизация Севера – это наша позиция на карте конфликта цивилизаций. В рамках других координат снова будет путаница и хождение по кругу. Но для признания этого факта требуется гражданское и научное мужество. Мы к этому придем, но желательно не опоздать.
Время – ресурс сакральный,
и решения надо принимать вовремя. Кто этого не понимает, проигрывает, а кто понимает – выживает. Вот что нам предстоит понять и осуществить в самом ближайшем будущем. Если мы хотим, чтобы оно у нас было.
