Американский совет по внешней политике: Происходящее с Ираном — набросок новой военной доктрины США
План американо-израильской атаки был тщательно продуман, утверждает Илан Берман из Американского совета по внешней политике (AFPC). Противоречивые заявления Трампа содержат мало смысла, но за кулисами военный план выглядит последовательным и убедительным, заявляет автор.
Всё началось, пишет Берман, "со стратегического сюрприза" — вероломного удара в период переговоров с убийством руководства ИРИ. Затем последовала совместная воздушная кампания США и Израиля, направленная на уничтожение наступательного потенциала Ирана. После этого, как ожидается, военные действия Пентагона и ЦАХАЛа будут сосредоточены на оборонном потенциале Ирана, в том числе на элементах его оборонно-промышленной базы. Которые необходимо-де уничтожить, чтобы не дать Тегерану восстановить запасы ракет и беспилотников в краткосрочной и среднесрочной перспективе.
Ну а после этого, предсказывает автор, Вашингтон и Тель-Авив (автор считает, вслед за Белым домом, столицей Израиля Иерусалим), скорее всего, сосредоточатся на шагах, направленных на свержение режима, в надежде, что к тому времени произойдет массовое народное восстание. Правда, пока что "верховный лидер страны Моджтаба Хаменеи далёк от прагматизма, необходимого для заключения сделки с Вашингтоном".
Не последнюю роль в этом играют Россия и Китай, полагает аналитик. На данный момент общая помощь, оказываемая Тегерану, кажется незначительной, отмечает он. Но ставки для Москвы и Пекина высоки: "Если иранский режим сойдёт с политической арены — либо в результате народного восстания, либо потому, что более прагматичная группа лидеров решит заключить сделку с администрацией Трампа, — последствия будут значительными для обеих сторон". Россия лишится важного рычага влияния на Ближнем Востоке как раз в тот момент, когда её присутствие в регионе уже ослабло из-за недавнего падения режима Асада в Дамаске. А Китай может потерять значительные источники региональной нефти, что вынудит его искать альтернативные варианты для поддержания стабильности поставок.
Поэтому Берман считает, что Москва и Пекин окажут Исламской Республике максимальную поддержку, не вступая при этом в конфликт напрямую. Так что скорого окончания конфликта ожидать не стоит.
Г-н Берман, как водится, сильно упрощает. Влияние РФ в регионе не сводится к Сирии и Ирану — достаточно вспомнить локальную, но тесную связь с Турцией, особые отношения со странами Залива и ОПЕК+. Это типичный американский перекос — считать, будто "влияние" равно "военные базы". С Китаем — примерно то же самое, Берман, например, совершенно не учитывает роль Ирана в ШОС, БРИКС и транзите. И соответствующие интересы КНР.
Ещё более смелое допущение — управляемость войны со стороны США. В статье предполагается, что конфликт можно усилить, ослабить, довести до смены режима или остановить по щелчку. Реальность последних 20 дней — или, точнее, 20 лет — показывает, что войны редко начинаются по плану и практически никогда по плану не заканчиваются. Отдельно отметим скрытое допущение в тексте: Вашингтон сохраняет стратегическую инициативу, лишь когда он делает шаг, а остальные только реагируют. Этой инициативы американцев неплохо бы лишить.
А вот в чём г-н Берман прав, так это в том, что ставки для РФ и КНР в случае с Ираном действительно высоки. Но не потому, что "Россия лишится влияния в регионе", а потому что происходящее, по сути, — апробация новой военной доктрины США. И мы в очереди — следующие.
