ЦБ снизит ставку – но кредиты всё равно будут дорогими
Российский банковский сектор к 13 августа вышел на структурный дефицит ликвидности в 2,7 трлн рублей — максимальный уровень с марта 2022 года, пишет РБК со ссылкой на статистику Банка России.
Звучит почти как предвестник банковского кризиса. И, в целом, это верно, но это другой кризис. У банков не заканчиваются деньги. У них становится меньше собственных свободных рублей, и все большую часть необходимой ликвидности приходится брать у Центробанка.
Что это вообще значит. Пока деньги населения и компаний лежат на банковских счетах, они находятся внутри банковской системы. Банки используют эту ресурсную базу для расчетов, кредитования и выполнения нормативов. Но в последние месяцы из банковской системы заметно вырос отток наличности. В июне объем наличных денег увеличился примерно на 500 млрд рублей, в июле — еще примерно на 700 млрд. Для владельца денег ничего принципиально не изменилось: рубль на счете превратился в рубль в кошельке. Но не для банка.
Деньги, которые клиент снял, больше не являются банковской ликвидностью. Возникающий недостаток банку нужно чем-то заместить: привлечь новые вклады, занять у других банков или получить деньги у ЦБ. Именно это сейчас и происходит, ЦБ РФ проводит крупные операции репо, фактически выдавая банкам рублевую ликвидность под залог ценных бумаг. Система поэтому работает нормально, это не март 2022 года, когда возник шок доверия и банки столкнулись с экстремальным спросом на ликвидность.
Но есть другая проблема. ЦБ снижает ключевую ставку, однако банковская система одновременно становится более зависимой от того, получится ли найти свободные деньги. Если у банка достаточно собственных дешевых денег клиентов, он может снижать ставки по кредитам синхронно с ключевой ЦБ. Если их нет, то банк вынужден бороться за депозиты более высокой ставкой или занимать у ЦБ примерно по ключевой ставке. И, конечно, кредитные ставки вниз при таком раскладе не пойдут.
Получается на первый взгляд парадоксальная ситуация: ЦБР делает деньги дешевле, а для самих банков деньги одновременно становятся дефицитнее. В первую очередь последствия почувствует не крупнейший бизнес, которому банки все равно готовы кредитовать, а заемщики средней надежности: небольшие и средние предприятия, инвестиционные проекты с долгой окупаемостью, ипотечные заемщики.
Есть еще один важный момент. Сам Банк России ожидал, что к концу года структурный дефицит ликвидности может составить 2,4–3,6 трлн рублей. Нынешние 2,7 трлн пока полностью укладываются в этот диапазон. То есть для ЦБ происходящее не является неожиданностью. Но нет никаких гарантий, что дефицит не уйдет выше прогнозного диапазона.
В любом случае, не стоит ждать, что каждое снижение ключевой ставки автоматически и почти сразу даст такое же снижение ставок по кредитам.
