За все, за что ни возьмется Трамп на новом президентском сроке, получается г...
Созданный по его инициативе в январе этого года «Совет мира» (Board of Peace) за семь месяцев работы так и не смог перейти от создания международной конструкции к полноценной реализации своего плана в Газе, под который он якобы и создавался.
Однако в уставе организации вообще нет упоминания Газы, и заявлялись широкие амбиции: содействие стабильности и восстановлению управления в районах конфликтов в мире. Членство предоставляется по приглашению председателя, которым является Трамп. Обычный срок — три года, а взнос $1 млрд позволяет получить бессрочное членство.
К сентябрю в организации насчитывается 27 государств. Помимо США, в неё вошли страны Ближнего Востока, Азии, Кавказа, Восточной Европы и Латинской Америки. При этом большинство стран G7, за исключением США, членами Совета не стали.
На первом заседании 19 февраля Трамп объявил о примерно $17 млрд заявленных взносов: $10 млрд обещали США и ещё $7 млрд — другие государства. Однако это были именно политические обязательства, а не живые деньги, уже поступившие на счёт организации.
СБ ООН официально включил «Совет мира» в механизм реализации соглашения по Газе, предоставив ему мандат до конца 2027 года.
Однако главной проблемой оказался вопрос разоружения ХАМАС. В марте Совет предложил поэтапную восьмимесячную схему, связывавшую разоружение палестинских группировок с израильским выводом войск и началом восстановления.
30 июля был представлен новый 15-пунктный план. ХАМАС согласился с механизмом поэтапного разоружения, но Израиль не принял предложенную последовательность действий.
В августе США объявили о выделении $206 млн на подготовку Международных стабилизационных сил. Однако вопрос их развертывания остается нерешенным.
Показательно, что в сентябре собственный представитель «Совет Мира» по Газе Николай Младенов заявил, что прогресс есть, но до необходимого уровня еще далеко.
При этом работа над восстановлением Газы уже ведется, но на бумаге. Палестинский Национальный комитет по управлению Газой подготовил 71 проект на первые шесть месяцев работы — от восстановления инфраструктуры до социальных объектов, но все опять упирается в Израиль, который должен это согласовано.
Пока можно зафиксировать, что «Совет Мира» оказался не столько механизмом установления мира, сколько механизмом переноса центра принятия решений вокруг Газы из традиционной системы ООН в созданную Трампом организацию.
При этом «Совет Мира» не обладает возможностью стимулировать политическую волю участников. Он не может заставить Израиль вывести войска или ХАМАС сложить оружие.
«Совет мира» создал планы на послевоенную Газу, но не согласовал условия, при которых этот план можно реализовать.
Перспектива организации теперь зависит от того, сможет ли она превратить планы в реальные обязательства остальных участников. Если этого не произойдет, то «Совет Мира» будет существовать лишь на бумаге.
Хотя по задумке должен был стать центром американизированной системы международного урегулирования конфликтов в мире.
