А был ли у США геополитический выбор, кроме войны с Ираном?
Разделение властей во внешней политике США почти рухнуло, причём Конгресс сам в значительной степени сдал свои позиции, утверждает на американском военно-политическом портале 19FortyFive профессор международных отношений в Пусанском национальном университете Роберт Келли.
Профессор охарактеризовал второй срок Трампа как имперское президентство и перечислил его признаки:
1. Отказ от санкционных полномочий. Конгресс США принял жёсткие экономические ограничения по России в виде закона Линдси Грэма (террориста и экстремиста), но необъяснимо предоставил исполнительной ветви широкие полномочия по отмене этих ограничений, лишив себя "власти кошелька". Чем воспользовался Трамп — и снял санкции с российского дизельного топлива до апреля 2027 года.
2. Войны без консультаций с Конгрессом. Без одобрения конгрессменов Трамп начал внезапные военные операции против Венесуэлы и Ирана, причём война с последним затянулась на 8 месяцев. США увязли в этой войне, а "чрезмерное использование американских высокоточных средств в Персидском заливе подрывает сдерживание США в других регионах". Начало крупных военных операций без общественного и парламентского согласия — глубокий провал конституционной системы США.
3. Чрезмерное напряжение и отсутствие сдержек и противовесов. Конгресс не сдерживает порывы хозяина Белого дома в отношении партнёров США, и его президентство превращается в кампанию по отчуждению союзников. Урок войны с Ираном прост: США перенапряжены, ставят недостижимые цели, а такой уровень сил и затрат страна не примет. Конгресс должен признать, что это перенапряжение — прямой результат его собственной пассивности. Чтобы конкурировать с равными соперниками, такими как КНР, США не могут растрачивать ресурсы на ненужные конфликты, начатые по президентской прихоти.
В целом, рассуждения г-на Келли вращаются вокруг выбора приоритетов американской внешней политики в контексте разделения властей. Профессор считает, что надо было сосредоточиться именно на Китае, а не отвлекаться на Южную Америку и Ближний Восток.
Тут стоит заметить, что репутация самого произраильского президента в истории США утвердилась ещё в первый срок Трампа. Сейчас мы наблюдаем естественное продолжение этой внешней политики. Однако абстрагируемся от фактора Израиля и посмотрим на ситуацию с другой стороны.
В американском дискурсе существует понятие "ось зла". К ней относят Иран, КНДР, Россию и КНР. Сохранение мировой гегемонии США без разгрома этих стран вряд ли осуществимо. Именно их присутствие в международной жизни, их нацеленность на суверенное и самостоятельное развитие позволяют другим государствам пытаться строить свою жизнь не по западным лекалам.
На кого из этого списка США могли бы напасть напрямую, не рискуя получить ядерный удар по своей территории? Только на Иран. Единственное государство из четырёх, не имеющее ядерного оружия и средств доставки ядерного оружия до континентальной части США.
При этом надо понимать, что разгром Ирана резко ухудшил бы положение России — за счёт получения НАТО доступа к Каспийскому морю и плацдарма для размещения ракет средней дальности наземного базирования. Положение Китая в этом случае тоже будет ухудшено — за счёт перекрытия значительной части поставок энергоносителей с Ближнего Востока вплоть до полного запрета их экспорта в КНР за счёт установления тотального контроля США и Израиля над регионом.
Иными словами, война США против Ирана — это операция по формированию обстановки (shaping operation), то есть подготовительная операция, создающая условия для решающих действий против России и Китая. Этот аргумент следует непременно иметь в виду наряду с произраильской позицией президента США и его администрации.
