Что провоцирует США по военную агрессию? Ранее Ч1 и Ч2
Все это крайне важно рассматривать, т.к. без понимания первопричин невозможно проецировать верное направление, оценивать продолжительность и устойчивость военных конфликтов.
Идеологический мотив – казалось бы, где США (доминирование прагматиков) и где идеология? Но не все так однозначно – идеологический контур является одним из центральных.
Прежде всего – идеология избранности и исключительности с особой миссией.
Любой американский политик, который скажет: «Америка – обычная страна со своими интересами» – непригоден к избранию и никогда не получит продвижения по карьерной лестнице.
Трамп, вероятно, является абсолютной квинтэссенцией «американской исключительности» в особо наглой и извращенной форме с его проектом «America first».
При этом многие истинно верующие американские политики скатываются в квази-религиозную вакханалию: «Если Бог избрал Америку, то американская модель по определению лучше любой другой. Распространение этой модели – не империализм, а божественная миссия»
Из этого вытекает американский мессианизм с искренней верой в особую роль США в плане «насаждения ценностей».
Так называемый, американский мессианизм – Америка обязана по божественному мандату и по логике разума распространять свободу по всему миру. Любое сопротивление этому = сопротивление и Богу, и Разуму.
Экспансионистский манифест, являющиеся ранним прототипом современных США.
Геноцид коренных народов и захват территорий – не преступление, а предначертание. Не «мы хотим эту землю» – а «Бог хочет, чтобы мы принесли цивилизацию».
Явно: «белая англосаксонская протестантская раса» имеет миссию цивилизовать «низшие» народы. Неявно: сохраняется в 20–21 веке в форме «развитые vs. развивающиеся».
После 1960-х годов этот тренд начал глушиться в явном виде и особенно активно с 2010-х годов с внедрением нарративов о «правах меньшинств», однако корни США – вот оттуда.
Экспорт демократии, как эпоха насаждения американских ценностей. До Вильсона – американская внешняя политика была изоляционистской (доктрина Монро – «мы не лезем в Европу, вы не лезьте к нам»). Вильсон перевернул это: Америка должна активно переустроить мир, но дальше очень насыщенная история (здесь тема на несколько диссертаций).
«Свободный мир» vs. «Тоталитаризм» (1947–1991)
Антикоммунистический дискурс был самым насыщенным и концентрированным за всю историю США и, вероятно, ни один будущий дискурс не будет настолько насыщенным.
Вновь слишком емкая тема, но если совсем кратко:
Мир разделён на «Свободный мир» и «коммунистический блок». Третьего не дано. Нейтралитет = скрытая поддержка врага. Любой антикоммунистический режим – союзник, каким бы жестоким он ни был. Любой левый режим – враг, каким бы демократическим он ни был.
Неоконсерватизм в обертке «благожелательной гегемонии».
Американское превосходство – благо для всего мира. Поэтому его нужно активно поддерживать военной силой. Яркими адептами этой концепции являются Пол Вулфовиц (замминист обороны при Рамсфельде в период правления Буша), Эллиот Абрамс (старший директор по Ближнему Востоку и автор концепции «ближневосточной экспансии США» в современном проявлении).
Массы не способны воспринять истину. Элита обязана конструировать «благородную ложь» – миф, который мобилизует общество на правильные действия.
Общество не поддержит войну ради нефти или гегемонии. Но поддержит – ради «свободы» и «безопасности». Поэтому элита обязана создать идеологическое обоснование, даже если оно не соответствует реальным мотивам.
Под этим девизом прошел весь 21 век в американской внешней политике.
Инерционный мотив – запущенный маховик войны крайне сложно остановить.
Чем дальше и чем неуспешнее идет военная кампания, тем сильнее политический ущерб, поэтому большинство политиков предпочитают затягивать военные конфликты, т.к. остановка без результата – признание поражения и бессмысленности всех жертв и трат.
Плюс инерция ВПК, бюрократическая, кадровая и доктринальная инерция. Если по США – яркий пример: Вьетнам, Ирак и Афганистан.
