ВЕЧЕРНИЙ ЗВОН:
изобретение уходящего дня
9 ноября 1911 года петербургский театральный актер Глеб Котельников подал патентную заявку на первый в мире ранцевый парашют. Отставной офицер артиллерии никогда не был изобретателем. Но за год до этого на его глазах во время демонстрационного полёта разбился капитан Лев Мациевич.
Потрясение было столь велико, что Котельников решил резко изменить свою жизнь…
Он не подозревал, через какие круги бюрократического ада ему придется пройти.
Ответ из Главного инженерного управления Военного ведомства:
«Изобретенный Вами «ранец-выбрасыватель» ничем не обеспечивает надежность открывания парашюта после выбрасывания его из ранца, а потому не может быть принят в качестве спасательного прибора. Произведенные Вами опыты с моделью не могут считаться убедительными...».
Начальник Воздухоплавательной школы генерал Кованько еще безапелляционнее огорошивает изобретателя-самоучку: после того, как летчик выбросится из самолета и откроет парашют, от рывка у него оторвутся ноги.
Изобретатель пишет военному министру: «Подобные заключения представляются по меньшей мере странными и наивными».
Но что министр против вердикта великого князя Александра Михайловича, курировавшего Императорский военно-воздушный флот?
«Парашюты в авиации — вообще вещь вредная, так как лётчики при малейшей опасности, грозящей им со стороны неприятеля, будут спасаться на парашютах, предоставляя самолёты гибели. Машины дороже людей. Мы ввозим машины из-за границы, поэтому их следует беречь. А люди найдутся — не те, так другие!».
Свой парашют РК-1 (Русский Котельников) настойчивый кулибин зарегистрировал-таки 20 марта 1912 года. Во Франции…
А потом началась Первая мировая война – и после первых же трагических воздушных боев российские чиновники враз прозрели. Ну а конструктор Котельников продолжал совершенствовать свое детище. В 1944 году за выдающиеся заслуги был награждён орденом Красной Звезды.
Вечная загадка: почему кулибины в России обречены быть безнадежно упертыми?
