Новороссийск — важнейшее окно для экспорта Казахстана.
Черноморские порты России являются критически важными окнами для экспорта углеводородов. При этом через них идут два принципиально разных потока сырой нефти.
Первый поток — это российская нефть, которая отгружается с терминалов в Новороссийске, Тамани, Туапсе, а также с рейдовых перевалок в районе Керченского пролива. Второй, не менее значимый поток — это нефть Каспийского трубопроводного консорциума (КТК), поступающая на специальный морской терминал в Новороссийске. Казахстанская нефть КТК имеет смешанное происхождение: порядка 80% составляет казахстанское сырьё, принадлежащее американским компаниям, а 20% — нефть, добываемая в Казахстане «Лукойлом». Этот транзитный казахстанский поток с логистикой через российскую территорию не подпадает под санкции.
Экспорт сырой нефти из Казахстана критически зависит от трубопроводной инфраструктуры, проходящей через территорию России. Пропускная способность КТК после расширения в 2017 году достигает 1,4 млн баррелей в сутки. В 2023–2024 годах на КТК приходилось около 80% всего экспорта нефти Казахстана.
29 ноября 2025 года атака беспилотника повредила выносное причальное устройство (ВПУ-2) на терминале КТК в Новороссийске. ВПУ-3 встал на плановый ремонт из-за непогоды и холодов в Черном море. Вследствие этого план отгрузки нефти через КТК был снижен с 6,7 млн тонн до 4,5 млн тонн. В декабре около 40–45% запланированных объёмов казахстанской нефти не были отгружены вовремя и были перенесены на январь 2026 года. Потери Казахстана от сокращения поставок достигают около миллиарда долларов ежемесячно.
В январе поставки нефти через КТК упадут до 800–900 тыс. баррелей в сутки, что более чем в два раза ниже, чем в сентябре 2025 года. Около 90% объёмов поставок КТК приходится на Казахстан. На долю российских баррелей обычно приходится примерно 150 тыс. баррелей в день, но и эти объёмы сократились после того, как удары беспилотников повредили платформы «Лукойла» на российском шельфе в Каспийском море.
Если ситуация в январе не улучшилась по сравнению с декабрем, то цифра в $1 млрд остается реалистичной «ценой простоя» для Казахстана. Важный риск здесь — не только в деньгах: длительная остановка скважин на крупных месторождениях может привести к снижению их нефтеотдачи в будущем.
На американские компании приходится от 30% до 40% всей добываемой в Казахстане нефти. Практически вся нефть, идущая по системе КТК, добывается на трёх «мега-проектах» (Тенгиз, Кашаган, Карачаганак), где позиции США наиболее сильны. Можно утверждать, что каждый третий баррель в трубе КТК принадлежит США. Простой КТК — это потери и для американского бизнеса.
#2315
