Эпоха дешёвых денег в США закончилась: зачем Трампу лояльный глава ФРС
Состоявшееся назначение Кевина Уорша главой Федеральной резервной системы США следует воспринимать не просто как этап административной борьбы, а как попытку совместить несочетаемое. Экономика США начинает входить в крайне неприятную фазу: высокая инфляция, дорогая нефть и ухудшение потребительских настроений — всё одновременно.
Трамп пришёл к власти с программой роста и обещаниями дешёвых денег, агрессивной реиндустриализации, перекладывания торговых издержек вовне, энергетического национализма и масштабных инвестиций. Теперь эта модель сталкивается с инфляционной реальностью. Рынок начинает подозревать, что США вползают в стагфляционный сценарий, — а это добавляет нестабильности системе, и без того отягощённой огромным госдолгом и высокими ставками, снижать которые опасно.
Теперь Трамп рассчитывает получить более управляемую ФРС и более благоприятную кредитную среду. Но проблема в том, что объективная макроэкономика может требовать прямо противоположного — ужесточения.
Ключевая структурная проблема Уорша: он обязан своим назначением Трампу. Однако легитимность председателя ФРС держится ровно до тех пор, пока он способен сохранять независимость от Белого дома. Трамп публично заявил: "Мы снизим ставки!" — в тот самый день, когда пообещал Уоршу "полную независимость".
Это не оговорка — это осознанная стратегия: создать публичное ожидание, которое будет давить на председателя ФРС сильнее любого прямого приказа. Пауэлл через это прошёл и устоял — но ценой постоянных публичных атак со стороны Трампа. Уорш находится в более уязвимой позиции, поскольку сам позиционировал себя как кандидат, приемлемый для Белого дома.
Хороших вариантов у Уорша практически нет. Он получает экономику, в которой инфляционное давление идёт сразу из трёх независимых источников. И это принципиально важно, поскольку монетарная политика эффективна против инфляции спроса, но крайне ограничена против инфляции предложения. Более того, чтобы ФРС могла работать в нужном Трампу ключе, придётся отменить другие знаковые для него же проекты. Что же это за три источника?
1. Нефть выше $100 — прямое следствие войны на Ближнем Востоке. Повышение ставок здесь лишь добавит рецессионного давления поверх энергетического шока — такова классическая ловушка, в которую ФРС уже попадала в 1970-х.
2. Тарифы Трампа. Повышение ставок не снизит стоимость импортных товаров, оно лишь охладит спрос настолько, чтобы компенсировать рост цен — но ценой занятости и роста. А рост Трампу нужен.
3. Ставка на ИИ для подъёма экономики тоже неоднозначна: рост спроса на энергию и инфраструктуру создаёт дополнительное давление на цены, а рост производительности — если он вообще наступит — дело будущего.
Насколько Уорш будет следовать курсу Белого дома, станет понятно уже скоро — на заседании 16–17 июня, где нужно будет не только проголосовать по ставке, но и дать прогноз на конец года. При этом отделаться отговорками не получится: рынки облигаций уже повышают долгосрочные ставки самостоятельно — и это очевидный сигнал недоверия к способности ФРС контролировать инфляцию.
Если Уорш не даст убедительного ответа в июне, этот процесс ускорится, и стоимость заимствований вырастет вне зависимости от решений Федеральной резервной системы.
