Иран берет врагов за горло не только нефтью — но и цифрой
Вокруг подводных интернет-кабелей и Ирана формируется отдельный геополитический и экономический сюжет. Связанные с КСИР агентства Tasnim и Fars 9 мая синхронно заявили, что Иран должен контролировать дата-кабели в Ормузе, брать налог на трафик и заставить западные IT-компании работать по иранским правилам.
Схема монетизации во многом основана на опыте Египта, который, по данным Tasnim, ежегодно зарабатывает от 250 до 400 млн долларов на кабелях, проходящих через Суэцкий канал.
Через район Ормузского пролива и Персидского залива проходит значительная часть кабелей между Европой, странами Залива, Индией и Юго-Восточной Азией.
Кабелей там много. Из самых интересных: AAE-1 (Asia Africa Europe-1) — один из главных трансконтинентальных кабелей, соединяющий Юго-Восточную Азию, Индию, Ближний Восток и Европу. Идёт через Оман, используется крупнейшими телекомами и облачными провайдерами.
FALCON — региональная система компании GCX, фактически «кольцо» вокруг Персидского залива. Соединяет ОАЭ, Катар, Бахрейн, Кувейт, Саудовскую Аравию, Оман, Индию. То есть, большинство интересных Ирану стран.
GBI (Gulf Bridge International Cable System) — система, созданная специально для стран Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива. Связывает все монархии Залива между собой и с Европой. Для Катара, Бахрейна и Кувейта — критически важный маршрут.
А также OMRAN / Gulf-to-India и новые Gulf hyperscaler routes — относительно новые линии, которые строились под дата-центры, AI-инфраструктуру, облака Microsoft, Google, Amazon.
Так что Иран действительно может создать блокаду не только физической нефти и газа, но и «цифровую». Потому что через описанные магистрали идут банковские транзакции, тот же SWIFT и трафик техногигантов.
Под главным ударом оказываются ОАЭ (очень, очень вовремя решили играть в региональную независимость), Катар и Бахрейн. Они делают ставку на ИИ и дата-центры, зависят от международного облачного трафика и имеют ограниченное количество альтернативных маршрутов.
Если что-то случится с кабелями, то они ремонтируются специализированными судами. Которым нужен не один безопасный день, чтобы определить место повреждения и провести ремонт. Под обстрелом это сделать просто невозможно.
Интернет — на то и Интернет, что устроен с резервированием. Но Персидский залив — это место, где слишком много маршрутов сходится в очень узком географическом коридоре. При повреждении нескольких магистралей трафик начнет автоматически перестраиваться, упадет пропускная способность, часть сервисов станет нестабильной. Возникнут проблемы у банков и бирж.
Хотя обрыв местных кабелей обрадует не только Иран, но и «регуляторов» любых национальностей. Пострадают и международные VPN-сервисы.
